Библейские картинки. Картинка 33. «Иов». Человек есть червь или правила «божественной» справедливости для людей

Основное действо «Книги Иова» описано в двух первых главах и заключается в следующем. В земле Уц проживал человек по имени Иов. И был он «непорочен, справедлив и богобоязнен и удалялся от зла». Иов был очень богатым человеком. Он имел 7 000 голов мелкого скота, 3 000 верблюдов, 500 пар волов и 500 ослиц. И народу для обслуживания всего этого «весьма много». И было у него 10 детей — 7 сыновей и 3 дочери. Семья была дружная. Когда наступал день рождения у одного из его сыновей, то тот приглашал всех остальных к себе в гости, не забывая и про сестёр.
Отец периодически приносил Иегове жертвы всесожжения по числу сыновей, добавляя одного лишнего тельца «за грех» — на всякий пожарный, вдруг сыновья «похулили Бога в сердце своём». Жил бы Иов себе и дальше наслаждаясь счастьем и семейным благополучием, если бы на его беду в небесной канцелярии не случилось очередного производственного совещания.

Как-то раз Иегову явились проведать его сыны. С ними пришёл и сатана. Сынов Иегова проигнорировал, а сатану почтил божественным вниманием:

— Где был?

— Землю обходил.

— Раба моего Иова видал? Правда, хорош? И непорочный, и справедливый, и богобоязненый, и удаляющийся от зла.

— Ой, да всё это из-за того, что ты его благословил. Попробуй, лиши его всего того, что ты ему дал, посмотришь, как запоёт.

— Лады. Лиши его всего, но его самого не трогай.

Ставки были сделаны и в результате принятого решения у Иова украли верблюдов, волов и ослиц, а пастухов и погонщиков убили (несколько сот человек — какая мелочь!), овцы сгорели вместе с овчарами, а всех детей завалило рухнувшим домом, когда они праздновали день рождения старшего сына. Молодец, Вселюбящий и Всезнающий! К проведению эксперимента отнёсся весьма серьёзно и беспристрастно.

Потеряв всё Иов, тем не менее, отнёсся к этому с должным смирением — «Господь дал, Господь и взял; да будет имя Господне благословенно». Наверху с интересом наблюдали. Реакция раба Божьего Иова пришлась Иегове весьма по душе. О самом же подопытном, понятное дело, никто и не думал беспокоиться.

— Видал! Доселе твёрд в своей непорочности, — рёк самодовольно Иегова.

— Посмотрим, что будет, если забрать у него здоровье, — равнодушно отвечал сатана.

И Иов покрылся проказой от пяток до темени. В те времена проказу лечить не умели и прокажённых изгоняли из города. Вот и Иову ничего не оставалось делать, как сесть в пепел за селением, взять черепицу и скоблить себя. И снова Иов демонстрирует удивительное, прямо ангельское смирение. На весьма эмоциональную реакцию отчаявшейся жены — «похули Бога и умри», Иов отвечает смиренным «неужели доброе мы будем принимать от Бога, а злого не будем принимать».

Бедолагу пришли проведать трое его друзей. То, что они увидели, весьма их впечатлило — они просто не узнали некогда благополучного, здорового и богатого человека. Трое взрослых мужчин «возвысили голос свой и зарыдали». Друзья просидели с несчастным целую неделю, не раскрывая рта. На этом заканчивается повествование 2-й главы. Далее, на протяжении 40 (!) глав идёт промывание мозгов, вперемежку с откровенным бредом и пустопорожней болтовнёй. Кратенько изложим и эти «мудрые и священные» тексты.

Первым нарушил молчание Иов. Он проклял день своего рождения и призвал смерть, считая, что существование «страдальцев и огорченных душею» бессмысленным и мучительным, после смерти же, наступает покой, там все равны и свободны. Он много думает и ищет ответ на вопрос: «Почему его практически абсолютная праведность наказана таким жесточайшим образом»?

Друзья пытаются что-то ответить Иову. Елиафаз утверждает, что наказаний без вины не бывает, что самый безгрешный — это естественно Иегова, который даже «в Ангелах Своих усматривает недостатки», что уже говорить о созданных из праха. И вообще — «человек рождается на страдание, как искры, чтобы устремляться вверх». Поэтому, надейся на свою богобоязненность и уповай на свою непорочность и не отвергай наказания Всевышнего. Такая проповедь мало чем помогла Иову, и он упрекает друзей за недостаток сочувствия и просит «укажите, в чём я согрешил». Он мучительно пытается понять: где же и в чём именно он нарушил инструкции? Он обращается и к начальству с тем же вопросом: «за что?» Иов хочет понять, что он сделал такого ужасного, чтобы заслужить такое наказание? Ведь он строго и искренне соблюдал всё, что предписывали многочисленные нормы и инструкции. Где же он ошибся?

«Если я согрешил, то, что я сделаю тебе, страж человеков! Зачем Ты поставил меня противником себе, так что я стал самому себе в тягость? И зачем бы не простить мне греха и не снять с меня беззакония моего?» (Иов 8:20-21).

Следующий друг, по имени Вилдад, также отделался общими фразами, типа «Всевышний ошибаться не может — сыновья погибли, значит — виновны», «таковы пути всех забывающих Бога», «Бог не отвергает непорочного». Иов же ни себя, ни своих сыновей виновными не считает и делает вывод, что Богу — всё равно, кого наказывать — «Он губит и непорочного и виновного». Дело усугубляется ещё и тем, что человек не может оправдаться перед Богом — «если я невинен, то Он признает меня виновным» и никто не сможет этому помешать, ибо «Нет между нами посредника, который положил бы руку свою на обоих нас» (Иов 9:33). Доведённый до белого каления Иов обращается непосредственно к автору своих несчастий:

«…что Ты ищешь порока во мне и допытываешься греха во мне, хотя знаешь, что я не беззаконник, и что некому избавить меня от руки Твоей? Твои руки трудились надо мною ... и Ты губишь меня?» (Иов 10:6-7). «Отступи от меня, чтобы я немного ободрился, прежде нежели отойду... в страну... смерти»  (Иов 10:20-21).

На этот вопль души третий друг, по имени Софар отвечает вполне в духе «пастырей» всех мастей, что Всевышнего постигнуть нельзя, что суд его справедлив, нужно только отвергнуть свой грех и всё будет ОК, и вообще, пусть Иов радуется, что Иегова не все его прегрешения припомнил.

В общем, друзья не смогли решить этот ребус: если Иов не виновен и не совершал никаких грехов, тогда Бог — несправедлив. А этого не может быть, потому, что не может быть никогда! А если Бог — справедлив (как это всегда утверждается), тогда Иов — виновен, но, Иов же — невиновен! Где же выход? И они, понятное дело, пошли по пути наименьшего сопротивления и обвинили Иова, решив, что он всё-таки где-то, как-то погрешил против добрейшего Всевышнего и наступил ему на любимую мозоль. Вот, к чему привёл недостаток информации — друзья ведь не могли знать о дружеской беседе Иеговы с сатаной и о подленьком приговорчике Иову.

Видя, что друзья лишь отделываются общими назидательными фразами, Иов снова обращается напрямую к Иегове и требует назвать ему его грехи, пороки и беззакония, т.е., он требует соблюдения условий контракта или оглашения форс-мажорных обстоятельств. Он возлагает на него всю ответственность за свои страдания. Хорошо понимая, от кого он получил такие «подарки», Иов, тем не менее, взывает о заступничестве — «Заступись, поручись Сам за меня пред собою!» (Иов 17:3). Друзья ещё по разику выступили, но ничего такого, что реально помогло бы Иову понять, сказать не смогли. Они зациклились на одном: «Свет у беззаконного потухнет», «Веселие беззаконных кратковременно», вернись к Вседержителю, который услышит и спасёт. На это Иов резонно заметил, что «беззаконные», однако ведут вполне комфортное существование, в здравии достигают старости, окружённые детьми и внуками, несмотря на то, что нагло отвергают «пути Господни». И вообще, на свете творится полный беспредел — межи передвигают, стада угоняют, у сирот уводят осла, у вдовы и у нищего берут залог, в городах — разбой и воровство. Собеседники взывают к набожности Иова, они расписывают божие могущество, ещё и ещё раз повторяя, что тот, если захочет, может всё сделать. Но Иову не нужны доказательства могущества Всемогущего. Он в курсе, что «слава Господня» велика, «гром могущества Его» устрашает и подавляет, однако, при всём при этом Иову не понятно, почему бог не применяет это могущество в интересах справедливости? Обозвав своих друзей пустословами, Иов настаивает на своей невиновности, на том, что он вёл достойную жизнь — он благосклонно относился к нуждающимся, пользовался авторитетом, уважением и доверием.

Он хочет понять и требует, чтобы Всевышний ответил ему и готов понести наказание, если он грешил похотью, лукавством, прелюбодеянием и пренебрежением других, самолюбием, скупостью, идолопоклонством, мстительностью, негостеприимством, лицемерием, похищением земли. Тут, откуда ни возьмись, на сцене появляется четвёртый знаток божьих привычек — некий Елиуй, который раскритиковал и Иова, потому, что тот «оправдывал себя больше, чем Бога», и его друзей, потому что те не нашлись, что ему ответить. Он, дескать, несмотря на свою молодость, весьма искушён в этих делах и берётся сполна ответить на все непонятные вопросы. Итак, Бог — выше человека; отчёта в своих действиях никому не даёт; тем не менее, он общается с человеком, когда тот спит, либо через болезнь. В случае, если у человека есть ангел-хранитель, указывающий ему путь, Бог может смилостивиться и возвратить человеку его праведность (что бы это ни значило). И снова, «Не может быть у Бога неправда»; «Бог велик и мы не можем познать Его», взять хотя бы дождь; наказываются только беззаконные, покайся, попроси прощения, благоговей и трепещи...

Иегова, видя жалкие попытки неумелых «адвокатов бога» объяснить его «божественный» замысел, взялся за это дело сам. Для пущего эффекта, он отвечал из бури. Начал он весьма агрессивно: распушил перья, начал хорохориться и яростно вопрошать: ты кто такой, что позволяешь обращаться ко Всевышнему со всякой чушью? Где ты был, когда я создавал всё вокруг? Подчёркивая ничтожность Иова и возвышая себя на его фоне, Иегова орал дальше: не я ли затворил море, когда оно вышло из берегов, не я ли повелеваю зарёй? Распаляясь всё больше, он добивал бедного еврея идиотскими вопросами, о которых тот и понятия не имел: Каковы глубины моря? Что есть смерть? Есть ли у дождя отец? «Из чьего чрева» берётся снег? Как устроено небо и где львицы и вороны берут пищу во время вскармливания потомства?

Вопросы били Иова, как кнутом: Может ли Иов рассчитать срок беременности ланей и диких коз? Кто пустил дикого осла на свободу? Можно ли приручить единорога? Кто дал павлину красивые перья, а коню силу? По чьей воле хищные птицы ведут себя так, как они ведут себя? В общем, применяя тактику — «лучшая защита — нападение», Иегова с блеском доказал ничтожность Иова и ещё раз утвердился в своём величии. Иову ничего не оставалось делать, как «положить руку свою на уста», т.е. заткнуться и перестать задавать такие раздражающие Всеблагого вопросы. Он ведь, не знал, что это была всего лишь внеплановая проверка на лояльность! Под занавес, чтобы у Иова и будущих читателей его речей и впредь не возникло малейшей мысли в чём-нибудь обвинить Иегову, он приводит описание бегемота — «верха путей Божиих» и левиафана — «царя над всеми сынами гордости».

Расписывая своё величие, Иегова так и не ответил на главный вопрос Иова: «За что?» Зато он добился того, что Иов «прахе и пепле» перестал, наконец, искать ответы на свои вопросы, перестал думать! Вот тогда Вселюбящий, в награду за «покаяние», вернул Иову своё расположение и его прежнее благополучие, да ещё и в двойном размере. Спорщики же, получили выговор от Создателя всего, за то, что «говорили о Мне не так верно, как раб мой Иов». За это им предписывалось... принести в жертву 7 тельцов и 7 овнов...

Выводы

1. К сожалению ни Иову, ни нам не удалось найти вразумительный ответ на весьма интересующие человечество вопросы, а именно, в чём же смысл ударов, которые, как утверждается, посылаются от бога? Каковы всё-таки правила божественной логики, из-за которых праведные люди часто получают весьма жестокие «наказания»? Почему Всемогущий и Вселюбящий Бог периодически ополчается против бессильных и жалких (по его же мнению) людей? Почему в мире существует несправедливость, если всё от Бога? Вместо этого, на разные лады внушается мысль о соблюдении Божьих законов, о «предании себя Всевышнему», о доверии ему и т.п. Он, возможно, помучает тебя немного, но потом и воздаст в два раза больше. Ты главное доверься ему и не ломай себе голову, не думай. Ведь, «...где премудрость обретается? и где место разума? ... страх Господень есть истинная премудрость, и удаление от зла — разум»[1] (Иов 28:12,28).

2. Идея ничтожности человека в глазах Всевышнего, а теперь и самого верноподданного, преподнесена здесь наилучшим образом. «И как человеку быть правым пред Богом, и как быть чистым рожденному женщиною?» (Иов 25:4) или «человек, который есть червь, и сын человеческий, который есть моль» (Иов 25:6) — это слова человека о самом себе. Поздравляем всех, зомбирование произошло успешно!

3. Очень хорошо здесь освещена идея зомбирования паствы. Думающих людей нужно выискивать и долбить их до тех пор, пока они не совершат «покаяние», не бросят думать (искать ответы на вопросы) и не начнут слепо и беспрекословно подчиняться сотрудникам церковной корпорации. Понятное дело, что вдвойне никто никому воздавать не собирается! Это чисто литературный приём. Не для этого тратится столько усилий нашими упитанными духовниками. Да и зачем зомбикам их добро? Им будет достаточно и пустых обещаний... вечной жизни в Раю... после смерти!!!

4. Как-то нам пообещали, что читая Библию, мы найдём там глубокие знания по разным вопросам миро- и жизнеустройства. Наверное, имелись в виду эти «шедевры»:

®         От дуновения Божия происходит лёд, и поверхность воды сжимается.

®         Также влагою Он наполняет тучи, и облака сыплют свет Его, и они направляются по намерениям Его, чтоб исполнить то, что Он повелит им на лице обитаемой земли.

®         Он повелевает им идти или для наказания, или в благоволение, или для помилования. (Иов 37:10-13)

Мы также узнаём, что утро появляется по приказанию Всемогущего, заре указывается её место. Он также самолично управляет дождём и прокладывает путь для «громоносной молнии». Созвездия он выводит «в своё время» и ловит добычу львице. Когда-то, кому-то это могло показаться божественным промыслом, но сейчас... Это даже не смешно. Это вызывает жалость и сожаление о том, что есть люди, по-прежнему верящие в эти детские сказки, в эту болтовню…

---

[1] Здесь удаление от зла означает удаление от других богов.