«Турция
— поучает учебник семиклассников — предъявила ультиматум России, потребовав
возвращения ей Крыма (ишь чего захотели! - В.Х.)... Началась... война
1787-1791гг. Турецкий флот с десантом подступил к одному из ключевых пунктов русской обороны
Причерноморья — Кинбурну. (Настолько же ключевой, как и Полтава для Прибалтики
- В.Х.). Гарнизоном Кинбурна командовал Суворов. Он позволил 5-тысячному отряду янычар высадиться
на кинбургской косе, а затем при поддержке артиллерии повел колонны русских
солдат в штыковую атаку на противника. Бой завершился почти полным уничтожением
турецкого десанта. (Концы в воду!. - В.Х.) Русские войска (читай: в ответ на десант -
В.Х.) штурмом
овладели сильной турецкой крепостью на берегу моря Очаковым». (с.246).
Кто и
как командовал захватом действительно стратегически важного Очакова, 4 автора
сообщить почему-то забыли... Из флотоводцев учебник упоминает только Ф.Ф.
Ушакова, забыв адмирала Де Рибаса, основателя Одессы и самой знаменитой улицы
ее Дерибасовской, где не только открывалась пивная... И брата его тоже. Из
полководцев упомянуты только Суворов и Кутузов, но нет ни Румянцева, снова
командовавшего Суворовым, ни всесильного Потемкина, командовавшего теперь всеми
ими, что были когда-то его старше и по летам, и по званиям... А уж ежели дальше
сравнить учебник с Д.Н. Бантыш-Каменским, то фальсификаций, и весьма серьезных,
станет видно еще больше.
«Англия
и Пруссия вооружили в том году Порту Оттаманскую против России: в Константинополе
требовали от нашего Посланника Булгакова возвращения Крыма, заключили его в
семи башенный замок. 9-го Сентября был обнародован Манифест о войне с Турками...»
(Б-К, с.68)
Оказывается,
что войну опять НАЧАЛА РОССИЯ. Ну, а далее анекдоты (или История, как кому
нравится) из-под пера так упорно забываемого Д.Н. Бантыш-Каменского. Анекдоты
из биографии Генералиссимуса №3, то бишь графа А.В. Суворова-Рымникского, князя
Италийского, что в итоге перепрыгнул (и пережил) и Румянцева, и Потемкина.
«Турки,
действительно, при самом начале войны, намеревались овладеть Кинбурном, как слабым укреплением. (Ничего
себе «ключевой пункт», о котором так радел генерал-аншеф Суворов? - В.Х.)
...Предводимые Французскими офицерами, они приплыли, 30 сентября (1787), к Косе
и начали укрепляться. Войска Суворова состояли только из 1000 человек (что-то
жидковата армия у генерал-полковника, уж не чума ли и ее прибрала? - В.Х.), к
которым подоспели 4 казачьих полка и 1000 человек конницы. (Теперь понятны
причины выжидания Суворова? - В.Х.) Число Турок, вступивших на берег 1-го
Октября... простиралось до 6 тысяч. Главный предводитель их Юс-Паша, знавший
совершенно Кинбурн, решился победить или умереть, велел своим перевозным судам
удалиться. (Сжег «мосты», как Дмитрий Донской на Куликовом поле - В.Х.). Турки
начали бомбардировать; но им не отвечали ни одним выстрелом из крепости; копали
(турки) ложементы без всякого препятствия с нашей стороны. Суворов дал
приказание действовать, когда неприятель подойдет на 200 шагов. ...В час по полудни
Турецкий авангард подошел к назначенному расстоянию... Полковник Иловайский с
двумя казачьими полками и двумя эскадронами легкой конницы, объехав крепость с
левой стороны по берегу Черного моря, напал на неприятельские войска...
несколько сот человек, несших лестницы, изрубил, в том числе и Юс-Пашу, не
хотевшего сдаться.
Между
тем Орловский пехотный полк, предводимый генерал-майором Реком, сделал вылазку
из крепости... проложил себе штыками дорогу в ложементы, очистил половину оных
под громом шестисот
орудий с Турецких кораблей. (Что-то многовато пушек у Турок. На
6000 солдат 600 пушек!!! По 10 человек
на орудие — это и сейчас норма. Кто же тогда в пехоте был? Или у турок пушки
сами по себе заряжались, наводились и стреляли? - В.Х.). В это время храбрый
Рек, опасно раненый, был вынесен за фрунт; Суворов подкрепил сражавшихся батальоном...
но... Русские отступили; герой остался впереди с горстью людей. Мушкетеры
бросились выручать своего Генерала; под ним убита тогда лошадь; (ох,
как это Кагул напоминает! - В.Х.) уже один Турка готовился поразить его, как
был повержен на землю унтер-офицером Новиковым. Наши сражались еще некоторое
время, но, подавляемые силою, принуждены были отступить. Суворов, не смотря на
полученную им рану
картечью в бок (какой именно — не установлено - В.Х.), вывел свежие
войска (больше и вывести-то некому! - В.Х.). Отчаянная битва возобновилась в
третий раз. Победа казалась на стороне Турок, как вдруг подоспели к нашим 10 эскадронов
легкой конницы, стоявших в 30 верстах за Кинбурном... казаки устремились во
фланги. Турки... бросились с отчаиньем в наши ряды. Суворов был снова ранен пулею в
левую руку, но не оставил поля сражения. Вскоре сделалось совершенно
темно: в девятом часу присоединились еще 300 человек Муромского полка, лишь только прибывшие из Херсона и
решили победу. Турки отступили к морю, оборонялись с полчаса и принуждены были искать
спасения в волнах, где погибло их множество. В 10 часов все утихло. Потеря
наших убитыми простиралась до двухсот человек, в том числе 10 Штаб и Обер-офицеров; ранено восемьсот. Из шести тысяч Турок,
высадившихся на берег, едва десятая часть спаслась...» (с.111-113)
Не
правда ли, что битва за Кинбурн весьма и весьма напоминает Кагульскую. И если
не масштабами участвующих сил, то по другим... Турок убито — 5 400 из 6 000. Русских — всего 200. Счет
27:1. До румяцевского 40:1 не так уж и далеко. Убиты эти 200 человек из 600
орудий (по 0,33 убитого на пушку!) с кораблей, которые сначала уплыли, а потом
приплыли... Даже если к русским потерям прибавить и раненых, что дает круглую 1
000 чел., то точность стрельбы турок достигает, максимум, 1,7 пораженного на одну
пушку. Это что же получается: не орлы русские, а воробьи какие-то?! И как при
такой меткости турки умудрились 2 раза ранить Суворова и убить его лошадь, диву
даешься... Еще больше дива, что не истек он кровью. Ведь после таких ранений
он, генерал-полковник, продолжал драться как рядовой солдат. Един в двух лицах.
И умный генерал, и храбрый солдат одновременно. Впрочем, об этом «чуде» и
других чудесах Суворова речь еще впереди. А пока о чуде появления трех сотен пехотинцев из Херсона, решивших исход
битвы.
От
Херсона до Кинбурна по суше 90 км, плюс переправа через широченный Днепр.
Преодолеть это расстояние менее чем за сутки (предположим, 30 сентября в Херсон
был послан гонец) может только МОТОпехота на танках... По морю от Херсона до
Кинбурна 75 км. Но как они могли высадиться, если против них 600 пушек
турецкого флота? Да и как могли в сражении, где билось в общей сложности 13 000
человек оказать решающий перевес 300 чел. (2,3%), вымотавшиеся, уставшие после
столь долгого и трудного пути? Ответ на все недоумения прост: в Херсоне
находилась штаб-квартира Светлейшего. И именно силы Потемкина оказались
решающими. А как же иначе? Это не первая победа одержана с Ним в СОавторстве. При наличии СОавторства
далее все просто:
«Императрийца,
получив
донесение Князя Потемкина об одержанной победе Суворовым,
принесла (17 Окт.) благодарение Всевышнему с пушечной стрельбою... изъявила
искреннее соболезнование о полученных Суворовым ранах... наградила его (9
Ноября) орденом Св. Апостола Андрея Первозванного... Суворов писал (20 Декабря) из
Кинбурна своей дочери, которая еще воспитывалась в Смольном монастыре: «У нас были драки сильные, нежели вы
деретесь за волосы; ...в боку (опять не уточняет в каком! - В.Х.) пушечная
картечь, в левой руке от пули дырочка, да подо мной лошади мордочку отстрелили:
насилу часов через восемь отпустили с театра в камеру. Я теперь только что
возвратился; выездил близ пятьсот верст верхом, в шесть дней и не ночью. Как же весело на Черном море, на Лимане!
везде поют лебеди, утки, кулики...» (Б-Каменский, с. 113-114)
Далее
цитировать нет смысла. Уже можно ставить диагноз. Письмо с лебедями и поющими утками,
да еще в декабре (впрочем, они и в мае не поют, поскольку не умеют, и это знают
даже курсистки) написано явно в бреду. Кого? Человека, действительно, тяжело
раненного? Но как он в таком случае бегал в пороховом дыму впереди солдат? Как
проскакал на лошади за 6 дней 500 верст (534 км), в среднем 89 км в день и это
через 1,5 месяца после столь серьезных ранений?! Скорее всего, это бред
человека, отягощенного МАНИЕЙ ВЕЛИЧИЯ. Да-да, это, к сожалению так. Понятна
ложь Румянцева, Потемкина и даже Суворова императрице. Это ложь корысти ради. Но
лгать собственной дочери. И даже не лгать, а ЗАВИРАТЬ, хвастать без меры и
нести несуразицу типа поющих лебедей и уток может только человек, отягощенный
МАНИАКАЛЬНЫМ бредом. Насколько серьезно болел Суворов, увидим дальше. А пока:
«В 1788
году Потемкин повел вверенную ему армию к Очакову. Еще в Апреле месяце Суворов
вызвался овладеть этой крепостью, но получил отказ (почему
отказ? Может потому, что чумной Очаков показался легкой добычей? Да и орден
Андрея Первозванного у коменданта Кинбурна уже есть, а Потемкин еще не отличился...
- В.Х.); 28 Августа, преследуя Турок, сделавших вылазку, он (Суворов) в жару
сражения, с несколькими гренадерскими батальонами ворвался в неприятельский
ретранштамент, почти овладел оным, но был ранен пулею, которая попала на два
пальца от горла и остановилась в затылке. Тогда несколько сот человек погибли,
во время беспорядочного отступления. Герой находился у врат смерти: но пуля
вынута...»
Видите,
действительно чума. Генерал-полковник (командарм) ведет за собой опять всего лишь
несколько батальонов (полк). И не в апреле, а в августе. Но, опять же, КАК
ведет!? Как незабвенный РумянцовЪ! Ранен смертельно — пуля, пробив горло,
поражает затылочные отделы головного мозга, генерал без сознания, но успевает
прибежать в лазарет первым, намного быстрее, здоровеньких турок... Ну, не
солдаты же с носилками его вынесли? Так быстро, по-суворовски, они бегать не
могут. Так бегают только Герои, Кавалеры высших орденов империи, способные за
день верхом проскакать от Москвы до Серпухова...
Благодаря
столь детальному и красочному описанию Д.Н. Бантыш-Каменского и худ. фильму сталинской
эпохи «Суворов», уж точно сделанному на полном серьезе, весьма ярко
представляешь себе, как дорогой Александр Васильевич с пробитым пулей затылком
резво бежит страшных турок, перебивших «несколько сот человек», но забывших
добить тяжело раненого Генерал-аншефа... Но вспомнили... И вот сейчас, вот
сейчас добьют... А он, чур, меня! Чурики! Чррурики! Глядь, и уже в лазарете...
С тяжелым, свинцовым стуком брякается пуля из затылка на дно таза... Суворов
вскакивает, потом снова падает, снова вскакивает и мечется, мечется в горячке и
лихорадке три недели и снова бегает и бегает... (А может и на лошади скачет!)
Туда-сюда, туда-сюда...
«он велел везти себя в
Кинбурн; занемог горячкою; сделалось воспаление; прибегнули к новой операции:
вырезали из раны (в горле или затылке? - В.Х.) несколько кусков сукна и подкладки от мундира, которых не приметили при
первой перевязке. Ожидали кончины страдальца; но благодетельный сон возвратил
ему силы и опасность миновалась. Во время лечения, которое продолжалось три недели,
Суворов не лежал в постели; (Ельцин! Ельцин!); уже начинал выздоравливать, как
одна бомба, из числа взорванных от загоревшегося порохового магазина, разбила
часть стены той комнаты, в которой он находился: Суворов (без охраны, без
свиты... совершенно один Генерал-аншеф... - В.Х.) хотел выйти и был засыпан
множеством щеп, ранен ими в лицо, в грудь и в колено». (с.115)
Суворов
бы, конечно, после того, как ему спасли жизнь его славные хирурги, проделавшие
сложнейшую нейрохирургическую операцию, недоступную врачам и конца ХХ века, уже
на следующий день 29 августа 1788 года приступил бы к новому штурму, но подлая
лихорадка помешала, а еще бомба, прилетевшая не вовремя после взрыва русского
порохового склада... Интересно, кто его поджог? Не турки же, отбитые от
Кинбурна еще год назад... И почему пороховой склад находился как раз рядом то
ли с лазаретом, то ли со штабом и домом Суворова — славным комендантом и устроителем Кинбурна и
Севастополя?..
И опять,
в награду за такое мудрое устройство инфраструктуры, где пороховой склад должен быть непременно рядом (какой же ты
герой, если не сидел на бочке с порохом да еще с фитилем в руках?!), он не убит
даже рухнувшей стеной! Снова только ранен! Но столько мучается, бедолага! И
ведь все это вдобавок к лихорадке! К двум сложнейшим операциям, вернувшим на
место невольно прихваченные его головой казенное сукно и подкладку мундира
(может даже и панталон?)! Впрочем, и без нашей жалости Суворова бог хранит. И
он сам себя лично...
Вот, что
стоит, дорогие семиклассники, за строкой вашего учебника, созданного с такими великими
трудами громадным авторским коллективом ваших старших товарищей, не жалеющих
для вас ни редактуры подвигов, ни наглядных карт и схем, ни бумаги, ни леса...
Учебника, в котором вы почему-то так любите авторучкой подрисовывать синие усы
и бороды и Суворову, и Румянцеву, и даже княгине Екатерине Романовне Воронцовой
- Дашковой, не зная, как эта красивая, милая еще 19-летняя молодая женщина,
«сношавшаяся с братьями Орловыми и Екатериной», помогла последней убить ее мужа
и завладеть престолом, и в итоге стала одной из самых культурных и образованных
женщин Европы — Президентом сразу двух Академий, Наук и Художеств...
Образованных людей в крепостнической России явно не хватало... А вы, вандалы,
такие красивые физиономии, кисти известных и неизвестных мастеров, портите! Так
что уж хотя бы Ломоносова-то не троньте, а то, глядишь, совсем без деятелей
культуры останемся!.. Кого и чего тогда на уроках изучать будем?! А так хоть
можно задуматься, ЧТО за строкой вашего учебника?
А еще
запомните, что стоит за строками других, еще более солидных книг. Лидия
Ивченко, упоминавшийся ранее биограф гр. Остермана, все воинское искусство
которого укладывается в формулу «Стоять и умирать!», забыв, видимо, (или не
зная) теорию вероятностей, разработанную П. Лапласом чуть позже 1788 года, не
менее серьезно, чем Б-Каменский переписывает старинные документы на пару с
редакторами:
«В 1788
году до Толстого дошел слух, что Кутузов получил под Очаковым рану (уж не
с Суворовым ли одновременно? - В.Х.), всем казавшуюся тогда смертельной: пуля
прошла сквозь голову почти в том же самом месте, где и пять лет назад в бою под
Алуштой (т.е. в 1783 — году мирного присоединения Крыма - В.Х.). Но вместо известия о смерти
родственника Толстой вскоре узнал, что тот, оправившись от ранения, продолжает
службу». (с. 197)
Наверное,
Остерман-Толстой за всю жизнь так и не узнал («в академиях-то» и он не учился),
что при самой точнейшей наводке не может даже следующий артиллерийский снаряд,
не то, что пуля через 5 лет (!), попасть в одну и ту же воронку диаметром в
несколько сажен (диаметр головы Кутузова, наверняка, был меньше)... Ну, а Л.
Ивченко и ее редакторы, скорее всего не читали Б-Каменского, и не знают, что
рана Кутузова до слез знакома и повторяет смертельную рану его начальника и
Учителя. Но, как и Суворов, Кутузов счастливо исцелился уже через несколько недель.
Правда, потом, под Измаилом в декабре 1790 он в третий раз был ранен в голову
(в глаз!) и... И опять жив - здоров! Да есть у истории случаи
близнецы-братья... И кто ж знает, кто более Истории ценен?.. Вот где она, наука
побеждать, не на словах, а... в словах, которые стали делом, документом...
Легендарным...
А авторы
учебника «Истории СССР-7», люди куда более образованные и с теориями
вероятностей и медицинской практикой ранений в голову знакомые хорошо, дабы не
отягощать текст учебника излишними подробностями, уводящими юного читателя
совсем не в ту сторону, пишут строго и лаконично: «Русские войска в 1788 г. штурмом овладели сильной
Турецкой крепостью на берегу моря Очаковым» (с.246). И правильно. Чем меньше
слов, тем и вранья меньше... Но куда же от него денешься, если было оно
изначально и при Кагуле, и при Кинбурне, и при Очакове, и...
Написано
«овладели штурмом»... И вы думаете, что вся операция заняла несколько дней, а
героический штурм длился всего несколько часов... Но, вчитавшись в
Бантыш-Каменского, начинаешь понимать: военные действия, длящиеся с апреля по
декабрь, составляющие долгие восемь месяцев и охватившие все 4 времени года, ну
никак нельзя назвать штурмом... Осадой, измором, закончившимся штурмом — да, но
просто штурмом — нет. И, получается, что даже и умолчание деталей остается
враньем. Политикой вранья. И в пространстве, и во времени. От Кагула и Очакова,
до учебников истории и Чечни.
«К
телесным страданиям —
продолжает описание небывалых подвигов архивная крыса Д.Н. Бантыш-Каменский —
присоединились душевные,
которые более первых подавляют человека. «Мне
странно (если бы только ему! - В.Х.) — писал гордый Князь Тавриды к
бесстрашному Полководцу — что в
присутствии моем делается движение без моего приказания пехотою и конницей...
Извольте меня уведомлять, что у вас происходить будет; а не так, что и не
прислали мне сказать о движении вперед».”
«Невинность не терпит
оправданий — отвечал он Потемкину. — Всякий имеет свою систему, так и по службе я имею мою. Мне не переродиться, и
поздно! Светлейший князь! Успокойте остатки моих дней! Шея моя не оцараплена, чувствую
сквозь рану, (клочками сукна, что вынимали из царапины 3
недели... - В.Х.), тело изломано. Коли вы не можете свою немилость, удалите
меня от себя. Добродетель всегда гонима. Вы вечны, вы кратки!».
Так,
стараясь смягчить оскорбленного вельможу, герой напоминал ему о смерти, которая
прерывает навсегда земное значение... Потемкин забыл прошедшее, называл
Суворова в письмах сердечным другом, призывал его снова к Очакову (как друга на
пикник, а не подчиненного! - В.Х....» (с.115)
Слова
эти «о невинности» = невиновности 59-летнего Суворова, самочинно пытавшегося в
августе, но безуспешно, штурмовать Очаков, и потому придумавшему историю с
ранением и подкладкой мундира в горле и в затылке, напоминают мне слова моей
50-летней жены, о том, что и ей не переродиться... Произносит она их после
того, как вода из кастрюли выкипела и свекла у нее подгорела. И виновата в
этом, разумеется, не она, а фильм по телеку... интересный был... Ну, попробуй
ей докажи, что дело делать она не умеет, поскольку никогда всерьез к своим
обязанностям кухарки не относилась. Диплом о высшем педагогическом образовании
мешает. Не позволяет он всерьез относиться ни к кастрюлям, ни к свекле (в
которую мой труд сначала вбухан, и тут же отправлен на помойку!), ни к работе,
ни к обязанностям своим, ни к мужу и сыну, которые теперь эту вонь и гарь
должны весь вечер нюхать... До следующего ЧП...
Следующее
ЧП во время русско-турецкой войны 1787-1791, которую затеял великий триумвират
из кн. Потемкина уже Таврического, гр. Румянцева - навеки Задунайского и
Суворова (еще не графа и не Рымникского) произошло вскоре после взятия
Очакова...
«Задунайский вложил в ножны меч,
испытывая разные неприятности по службе со стороны Президента Военной
Коллегии, жил тогда на одной мызе в окрестностях Ясс. Там посетил Кагульского
героя достойный ученик его, Суворов, который видел в нем бывшего своего
начальника, непобедимого вождя, и не смотрел на отношения к нему Князя Таврического»
(с.116)
Посетил
Суворов Румянцева, опять-таки, не спросясь и, не страшась своего начальника
Потемкина, в 1790 г. Наверняка, приехал опыт 1770 года перенимать. И, небось
вдвоем, Великий Ученик и Великий Тренер, отсидевший всего 4 месяца... за
партой, вместе вычерчивали наглядные схемы будущих побед. А уж отчет о битве до
ее начала Суворов, натура поэтическая, не лишенная воображения и полета
фантазии, написал сам или вдвоем с Принцем Кобугским... Должна же и
Австро-венгерская империя своих Героев иметь... Не одной России быть
победителем стольких басурманов. Надо, надо делиться... Делиться опытом
побед... Побед вдали от Родины, от свидетелей...
Для того
чтобы понять
всю полноту поступков военных гениев, которыми гордимся вот уж 200
лет, и в частности полноту поступка 64-летнего Румянцева, представим себе, что в апреле
1945 года накануне битвы за Берлин маршал Конев, командующий 1-м Украинским
фронтом, поспорил с маршалом Жуковым, командовавшим 1-м Белорусским, что
товарищ Сталин позвонит ему, Коневу, первому и первым поздравит его с днем
рождения товарища Ленина. Но Сталин позвонил Жукову. Расстроенный Конев, взял
да и уехал отдыхать на воды в Карловы-Вары, забрав с собой в Чехию и весь свой
1-й Украинский фронт. «Пусть, товарищ Сталин, ваш любимчик один Берлин берет...
Посмотрим, как у него получится... Нет, генералам его подсказывать буду, что и
как... Но на фронт более ни ногой!»
Трудно
вообразимая картинка, правда? А почему? Что, во времена Екатерины никого не
расстреливали за дезертирство? Что ГПУ, НКВД, КГБ не было? Было. Под именем
Тайной Экспедиции. И помним, как Пугачева со товарищи четвертовали, как
Радищева в том же 1790 году разыскали и скрутили... Почему же Румянцев позволяет
себе такие
вольности? Да и Суворов тоже... Почему об истиной причине отъезда с
фронта Румянцева, имя которой ЧУМА, даже не смеет намекнуть въедливый, дотошный
историк, стоящий на почве официальных
документов Д.Н. Бантыш-Каменский, успевший побывать в той же чумной Молдавии и
Валахии через 19 лет... Да, как раз потому, что 62-летний действительный
статский советник (генерал-майор) Д.Н. Бантыш-Каменский именно про чуму-то, и
порождаемую ей панику, знает не понаслышке... Но знает и то, что долгов на нем
много и самому не отдать. Надо будет и Тайным советником становиться, и к
Николаю I за материальной помощью обращаться... И потому про главную
государственную, а на самом деле ОБЩЕевропейскую и ОБЩЕаристократическую ТАЙНУ
побед и поражений России и Европы над Турцией предпочитает помалкивать...
А
малограмотный, но хитрый и многоопытный РумянцовЪ, тертый не об один Двор и не
об одну царицу «калач», знает, ЧТО, благодаря Чуме, поразившей турецкие земли,
Победы и их количество не зависят от количества и качества русских войск и даже
от его присутствия на фронте. Все зависит от умело составленных рапортов, о
том, КАК все будет описано В ГАЗЕТАХ, а после газет и ИЗ ГАЗЕТ в УЧЕБНИКАХ, НА
КАРТАХ ГЕНШТАБА и т.д. А результаты войны, новых земельных приобретений, кругом
задолжавшей Матушки-Государыни с пустой казной, но полной ... ой, зависят не от
шумихи в газетах, а от ИСКУССТВА ДИПЛОМАТИЧЕСКИХ ПЕРЕГОВОРОВ с Визирями, Султанами, Пашами и другими паханами турецкими... Тем тоже выгодно, чтобы
про их героические, но бесполезные усилия по обороне перед искусным и коварным
противником, перед страшными Румянцевыми, Суворовыми и Потемкиными ПИСАЛИ ВСЕ
ГАЗЕТЫ МИРА, тогда ЛЕГЧЕ ОБЪЯСНИТЬ султану и соотечественникам, почему они
уступили этой подлой иноверной России, ЗАБЫВ ОБЪЯСНИТЬ, ЗА СКОЛЬКО миллионов
золотых червонцев и табакерок, усыпанных брильянтами, ОНИ РАСПРОДАЛИ ЗЕМЛИ и
НАРОДЫ, завоеванные их дедами...
Война на бумаге была
выгодна всем ее НЕ рядовым участникам. ВСЕМ ЕВРОПЕЙСКИМ ДВОРАМ (читай:
паханам, мафиям). Следите за развитием нынешних политических событий, и вы все
поймете в истории. Чегой-то и ЦРУ, и ФБР, и при Буше, и при Клинтоне, принимая
позор на голову, никак НЕ покончат в Ираке с подлым Саддамом Хусейном, все
порывающимся создать какое-то таинственное оружие массового поражения... Да
убей они Хусейна своими давно отработанными приемчиками, КТО Ж ТОГДА ДЕНЕГ НА
ВОЙНУ ДАСТ? А ВОЙНА, и только война, как известно, ВСЕ СПИШЕТ... И не только
спишет, но и позволит резко продвинуться по службе... Так что НЕ ДУРАКИ и,
следовательно, НЕ ХРАБРЕЦЫ, воевали и воюют и в ХVIII, и в ХХ веке...
Из все
того же тезиса-аксиомы (либо ты солдат Храбрый и Тупой, либо
ты генерал — Хитрый и... Трус)
следует и то, что из человека, прошедшего все ступени от рядового до маршала мы
получаем во главе армии тупого солдафона. Честного, прямого, но тупого (маршал
Язов, например). В лице тех же, кто как Румянцев и Кутузов, начинают службу с
Полковников и Подполковников, мы имеем во главе армии хитрых изворотливых, но
трусливых, вся наука побеждать у которых сводится к науке отступать и хорошо
доклАдать... А там, как Бог даст!..
Что
лучше? Кто ж знает? Наверное, для каждой эпохи хороши свои издержки... Но по
мне с честными и тупыми надежнее... За такую армию я уверен, что не сдаст она
мою Москву, объясняя, всем и вся, ЧТО важнее армии, ИХ армии, ничего на свете
нет... Да если бы умные, но лживые и безнравственные ученые не творили бы для
вас ракеты и бомбы, где бы вы все были? И храбецы-удальцы, и умники в расшитых
золотом мундирах, что морщат лбы над схемами сражений и диктуют отчеты о
победах за тысячи километров от фронта... А, в конце концов решают, что и
отчитываться-то в сущности ни перед кем и не надо, поскольку Бога нет, а Земные
Боги давно они сами. И поскольку таких «богов» во все времена и у всех народов
было немного, то проще не рисковать их драгоценными жизнями в чуме, а
договориться по-хорошему... Вот и возникают всякие «Мюнхенские сговоры»,
«Священные Союзы императоров», СНГ, Семерки и Восьмерки, состоящие, из тех же
пронырливых шестерок, выбившихся через... в тузы! Или из недоучившихся
студентов и вахмистров, пытающихся стать Светлейшими Князьями, которых
последующие Светлейшие Князья, при первой же возможности, стараются унизить,
втоптать в грязь, побыстрее отправить в потемки Истории, как это пытался делать
Суворов, даже не успев стать Князем, с Потемкиным-Таврическим...
Комментариев нет:
Отправить комментарий