Эдуард Ходос. Еврейский удар.

Монолог 8. Двести лет вместе

В 1994 году из вынужденной эмиграции на родную землю вернулся Александр Солженицын — прославленный русский пи­сатель, «ум, честь и совесть» советского диссидентства, лауреат Нобелевской премии 1970 года в области литературы, присуждён­ной ему «за нравственную силу произведений, возрождающих лучшие традиции русской литературы».

Свою Нобелевскую речь, ко­торую Александр Исаевич смог произнести лишь, спустя несколько лет, после присуждения ему премии, уже будучи высланным из Союза, он закончил словами: «Одно слово правды весь мир пере­тянет».

О чём же сегодня говорит 85-летний писатель-патриарх, свято верующий в то, что «одно слово правды» способно изменить мир?

Вашему вниманию публикация из украинского общественно-политического журнала «Корреспондент»:

Ошибка Солженицына

(Приводится с сокращениями)

«Второй части не будет!», «он не решится напечатать продол­жение!» — говорили некоторые участники круглого стола.

Он про­шёл в начале декабря 2002 года в университете Хайфы (Израиль) и был посвящён первой части книги Александра Солженицына «200 лет вместе».

Вторая часть книги-исследования о месте евреев в истории России, несмотря на прогнозы, вышла в декабре прошлого года.

Ещё после выхода первой части, мнения читателей о ней разделились.

Автора обвиняли в юдофобии и псевдоистори­ческом подходе, утверждали, что труд не достоин пера велико­го писателя-диссидента, и этой книгой он себя скомпрометиро­вал.

Оппоненты считают, что Солженицына даже сам Солжени­цын скомпрометировать не может, и что бы он ни написал, — гениально. (...)

Русские и евреи: версия Солженицына

Солженицын, судя по всему, предвидел неоднозначную реак­цию на свой труд.

«С двух сторон ощущаешь на себе возможные, невозможные и ещё нарастающие упрёки и обвинения. Чувство же, которое ведёт меня, — это поиск всех точек единого понима­ния и всех возможных путей в будущее, очищенных от горечи про­шлого», — пишет он в предисловии.

Он обратился к теме «евреи в России», потому что считал её острой, а предыдущие попытки — необъективными.

«Однако, при всём блистательном наборе умов и перьев — до сих пор не появился такой показ или освещение взаимной нашей истории, кото­рый встретил бы понимание с обеих сторон», — считает Солжени­цын и берётся восполнить это пробел.

Он уверен, что русско-еврейские отношения заслуживают са­мого пристального внимания — ведь они сыграли значительную роль в истории России.

«Они то и дело клином входили в события, в людскую психологию и вызывали накалённые страсти», — отмечает писатель.

Избавиться от предубеждений, разобраться во взаимных обвинениях, услышать голос той и другой стороны — именно такую цель поставил Солженицын перед собой. (...)

Книга «200 лет вместе» подробно исследует все сферы жиз­ни евреев с 1772 года в Российской империи и СССР, а также, их взаимоотношения с представителями других наций, в основном — с русскими.

Главный акцент книги делается на том, что именно евреи возглавляли или были активными участниками самых значи­тельных событий российской истории — покушений на царей и представителей царской власти, революций начала XX века, ста­линских репрессий, Второй мировой войны, нескольких волн эмиг­рации, перестройки. (...)

Научные страсти накаляются

Утверждение о том, что великие — вне полемики, в мире на­уки не проходит. Здесь критике и ревизии подвластно всё.

Но, как отнестись к произведению известного писателя, который ступил на путь исторического изыскания?

Поначалу научный мир расте­рялся.

«Для меня эта книга была интересной, но вызвала удивление. Раньше Александр Солженицын не писал в таком жанре: множе­ство ссылок, неплохое освещение существующей литературы, хотя и не всей», — рассказывает Феликс Левитас, доктор исторических наук.

В то же время, он обвиняет автора в однобоком освещении событий.

Анатолий Подольский, директор Украинского центра иссле­дования Холокоста, настроен ещё более критично.

«Я рассматри­ваю эту книгу, как популярный обзор событий русско-еврейской истории, но никак не научное исследование. Она интересно чита­ется и поднимает дискуссионные вопросы, однако, для такой личности, как Солженицын, это книга — не серьёзная. Это — не историчес­кий труд», — считает он.

Попытки автора быть беспристрастным, по мнению Подольско­го, закончились провалом: «Он пишет, что старается быть объек­тивным, но он — тенденциозен».

С этим согласен Йоханан Петровский-Штерн, специалист по еврейской истории и литературовед.

«Автора книги можно упрек­нуть в чём угодно, только не в беспристрастности. Толковому исто­рику эта книга послужит прекрасным дидактическим пособием не­добросовестности в обращении с историческим материалом и клас­сическим примером предвзятости», — уверен он. (...)

Антисемитизм или объективность?

«Многие склонны считать этот труд антисемитским или реви­зионистским. Я его таким не считаю», — не поддерживает Анато­лий Подольский обвинения в юдофобии, которые лавиной обру­шились на Солженицына.

«Правда, если бы это написал кто-то неизвестный, думаю, его бы назвали антисемитом», — добавил он.

Петровский-Штерн настроен более решительно и обвиняет писателя в предвзятости.

Какой образ еврея — и, в целом, русского еврейства — вырисовывается из книги Солженицына? — Отталки­вающий», — утверждает он.

«Да, у Солженицына болит сердце за Россию и её беды. Но, очень жаль, что, отвечая на извечный вопрос «кто виноват?», свои стрелы он направляет на евреев», — говорит Феликс Левитас.

Он не считает Солженицына антисемитом, но уверен, что его книга — не правдива.

Существует ли еврейский вопрос в Украине?

В Украине, в отличие от России и евреев, которые эмигриро­вали из России, книга не вызвала особенного интереса.

Анатолий Подольский объясняет это, в первую очередь, тем, что здесь — другая общественно-политическая ситуация.

«В России довольно высок уровень антисемитизма и ксенофобии. Украина же, по сравнению с Россией — это оазис юдофилии», — подчёркивает Подольский.

Конечно, здесь есть радикальные течения, но антисемитизм не яв­ляется частью социальной жизни.

(...) «Человечество идёт к гражданскому обществу, толерантности и гуманизму, и сегодня нужно больше говорить о мире и взаимопонимании, а не копаться в грязном белье», — считает Ле­витас.

Он уверен, что юдофобия, как и всякая фобия, разрушает любую государственность, любую мораль и любую личность. Не­смотря на то, что антисемитизм имеет исторические корни, у него нет будущего.

(«Корреспондент», № 6, 11 февраля 2003г.)

Итак, мы видим, что на краю своей жизни 85-летний писатель, на протяжении многих десятилетий боровшийся с ненавистным ему коммунистическим режимом, мечтавший об освобождении милли­онов советских «Иванов Денисовичей» из социалистического «ГУЛАГа» и ещё совсем недавно искренне веривший, что можно «обустроить Россию» в её лучших исторических традициях, сегод­ня обратил своё Слово Правды на русско-еврейские отношения и еврейский след в истории России.

И... сразу же, Правда его Слова была поставлена под сомнение и получила название «Ошибка Со­лженицына»!

А теперь, разберёмся, кто же сегодня указывает Нобелевскому лауреату Александру Солженицыну на его «ошибки».

В числе бес­компромиссных цензоров «новейшего» творчества именитого рус­ского писателя оказались:

— участники израильского круглого «спецстола», собравшие­ся для разбора «ошибок» в последнем произведении Солженицы­на и вынесшие вердикт — «Второй части не будет!», «он не решит­ся напечатать продолжение!»;

— доктор исторических наук, еврей Феликс Левитас, обвинив­ший Солженицына в «однобоком» освещении событий;

— директор Украинского центра исследования Холокоста, ев­рей Анатолий Подольский, назвавший книгу Солженицына «несе­рьёзной»;

— специалист по еврейской истории и литературовед, еврей Петровский-Штерн, вменивший Солженицыну «недобросовестность в обращении с историческим материалом».

Такими славными именами представлен в данной публика­ции «научный мир», который, по утверждению автора статьи, сначала «растерялся», а затем, всем кагалом навалился на ставшего в одночасье «предвзятым» и «тенденциозным» писателя.

Чем же аргументирована нынешняя критика Александра Солже­ницына, снискавшего во всём мире славу правдоискателя и вдруг — в 85-летнем возрасте! — сделавшего резкий крен к «предвзятости» и «тенденциозности», граничащими с антисемитизмом и юдофобией?

Вот главные «аргументы», которыми представители «научного мира» заклеймили «антинаучность» исторических изысканий авто­ра книги «200 лет вместе»:

— «удивление» историка Левитаса, обнаружившего, что «рань­ше Александр Солженицын не писал в таком жанре» и что в его новой книге присутствует «множество ссылок», а «отвечая на из­вечный вопрос «кто виноват?», писатель, ни с того, ни с сего, на­правляет «свои стрелы», ещё недавно называвшиеся Словом Прав­ды, на евреев;

— «ещё более критичный настрой» специалиста по «урокам Холокоста» Подольского, рассматривающего книгу Солженицына, не как научное исследование, а всего лишь, как «обзор событий русско-еврейской истории», то есть, фактов (!), таки имевших мес­то в совместной истории русских и евреев;

— «решительное обвинение» специалиста по еврейской исто­рии, литературоведа Петровского-Штерна, выдвинутое против спе­циалиста по российской истории, писателя Солженицына, в том, что последний специально придумал «отталкивающий» образ ев­рея;

— и, наконец, уверенность участников круглого стола в Хай­фе, сделавших новое «научное» открытие: легендарный писатель-диссидент, критиковавший «вождя всех народов», прошедший ста­линские лагеря и застенки КГБ, бросивший вызов советской сис­теме и проведший 20 лет в изгнании, не решится ссориться с евреями и издавать продолжение книги, вызвавшей их недоволь­ство!

Похоже, 200 лет, проведённые евреями вместе с русскими, ничему нынешних евреев не научили, и признавая, что «антисеми­тизм имеет исторические корни», они, с полной уверенностью, заяв­ляют, что «у него нет будущего».

Во всяком случае, в Украине, которая еврейскими стараниями уже, как выясняется, превратилась в «оазис юдофилии».

Что это значит?

А то и значит, что сегодня в Украине любовь к евреям достигла такой степени, что уже начала отдавать какой-то нездоровой «любовной» патологией типа зоофилии, некрофилии и педофилии.

Хотя, как следует из заявления Фе­ликса Левитаса, любой государственности, морали и личности гро­зит исключительно «фобия», но отнюдь не «филия».

Главное же, по его мнению, — идти к «толерантности и гуманизму», «говорить о мире и взаимопонимании», а «не копаться в грязном белье», как это сделал Александр Солженицын, пытавшийся найти «все точки еди­ного понимания и все возможные пути в будущее, очищенные от горечи прошлого», — о чём он и написал в предисловии к своей книге «200 лет вместе»...

И всё-таки, в чём же главная «ошибка» Солженицына? Она — не одна, на этот раз, Нобелевский лауреат «ошибся» многократ­но!

Прежде всего, он решился назвать острой тему «евреи в России», обратить «самое пристальное внимание» на русско-ев­рейские отношение и не просто заявить об их значительной роли в истории России, но и указать на непосредственное участие евре­ев в самых драматических её событиях, неуклонно и целенаправ­ленно толкавших Государство Российское и его народ в пучину величайшей трагедии, достигшей сегодня своего апогея.

Вторая «ошибка» Солженицына заключается в том, что он по­смел выйти за рамки дозволенного правдоискательства и начал искать Правды там, где её уже давно нет, — в иудео-нацисткой мгле, покрывшей сегодня Россию, в её истории, исковерканной вековой еврейской Ложью, в «уроках Холокоста», преподанных еврейскими фашистами загнанному русскому люду.

И, наконец, Солженицын «ошибся» в том, что, после полувеко­вой антисоветской зашоренности, он прозрел и попытался «пере­тянуть мир», направив своё Слово Правды на еврейскую «касту неприкасаемых», которая, спустя 200 лет, проведённых вместе с русским народом, оседлала-таки этот народ и превратила Святую Русь в Дикое Поле, расчищенное для беспредельного Жидовского Куража!

Справедливости ради, нужно заметить, что «научное общество», обрушившее вал критики на Александра Солженицына, состоит не только из «лиц еврейской национальности».

      Активное участие в работе над «ошибками» русского писателя принял и его коллега по литературному цеху, «писатель», усердно мостящийся в «рус­ские», Виталий Коротич.

      Да-да, тот самый — бывший редактор перестроечного «Огонька», поднимавший тираж своего журнала на разоблачениях «сталинского периода» российской истории и ак­тивно опиравшийся, при этом, на Слово Правды Александра Исаевича Солженицына.

      Тот самый Виталий Коротич, который ныне председательствует в редакционном совете «Бульвара» — «луч­шей газеты Украины», тиражирующей бесстыдные «Допросы» и брызжущей «горько-кисло-солёной спермой» в лицо своим чита­телям.

       На этот раз, «народной трибуной» для своих новейших разоб­лачений Коротич избрал страницы газеты «Еврейский обозреватель».

Встреча с поэтом

(Приводится в сокращении)

       Не так давно в Киевском еврейском общинном центре «Кинор» состоялась встреча с Виталием Коротичем. Не вызывало ни­каких сомнений, что и на этот раз зал центра будет заполнен до отказа.

      Собрались представители того поколения, которое помнит и яркие публицистические выступления поэта в 1970-х годах на украинском радио, и интереснейшие публикации в редактируемом им журнале «Всесвiт», и, безусловно, самый читаемый в годы пе­рестройки «Огонёк», когда редакцию журнала возглавлял Вита­лий Коротич.

     (...) Виталий Алексеевич не обошёл вниманием сочинение А. Солженицына «200 лет вместе».

        Отдав должное заслугам автора в противостоянии существовавшему тоталитарному режиму, заметил, что не является поклонником его творчества, а к этому сочинению Нобелевского лауреата относится отрицательно.

      Солженицын, по мнению Коротича, недостаточно знаком с менталитетом еврейско­го народа и, в силу этого, односторонне, а зачастую довольно пред­взято освещает эту тему, приходя к весьма странным выводам.

      Например, Солженицын пишет, что во многом нелюбовь к ев­реям объясняется их нежеланием служить в армии; а это дурно — попахивает.

В. Коротич на конкретном примере объяснил, как всё начина­лось не в таком уж далёком прошлом.

       Когда Гитлер пришёл к влас­ти, он начал убеждать массы, что немецкие евреи обкрадывают Гер­манию, а какой трагедией для европейского еврейства обернулось такое «начало», знают все.

        Мы не имеем права забывать об этом!

         Настораживающим, по мнению В. Коротича, является то, что и А.Солженицын, и его почитатели считают непререкаемым всё, вы­шедшее из-под пера лауреата. (...)

(«Еврейский обозреватель», 

№ 10/53, май 2003г.)

        Прежде всего, хочу обратить ваше внимание на то, что, учиты­вая целомудренность еврейской аудитории, автор приведённой пуб­ликации предпочёл умолчать о нынешней «бульварной» причаст­ности Виталия Коротича — перед еврейской публикой Виталий Алексеевич предстает исключительно, как поэт, страницы биогра­фии которого благородно освещены «Огоньком» и «Всесвiтом».

         Ещё бы, ведь, в противном случае, ярчайший пример «юдофилии в Украине», который являет собой Коротич, стал бы явно отдавать «бульварным» душком.

         Какие же «ошибки» в последней книге Александра Солжени­цына усмотрел экс-поклонник его творчества Виталий Коротич?

         По его мнению, Солженицын недостаточно знаком с мента­литетом еврейского народа, иначе, в книге «200 лет вместе» он обязательно бы рассказал о героических подвигах евреев в рядах русской армии, служить в которой считалось великим благом для иудейских подданных Российской Империи.

        И действительно, это ж надо так ничего не смыслить в еврейском менталитете, чтобы прийти к «весьма странному выводу» о том, что евреи не желали служить в армии!

       По мнению Коротича, эта «ошибка» Солженицына ну, очень уж «дурно попахивает»... Вот уж, действительно, весомый контраргу­мент!

       Интересно, а как «попахивает» аналогия, проведённая юдофилом Коротичем между юдофобом Гитлером и Нобелевским лауреатом Солженицыным?

       По всей видимости, «правда» Коротича заклю­чается в том, что, до прихода Гитлера, германские евреи прозябали в невиданной нищете, а великий «российский» патриотизм еврейско­го кагала, в течение 200 лет, спасал Россию от врагов...

         Вывод напрашивается сам собой: Коротич настолько хорошо изучил еврейский менталитет, что ему не грозят «ошибки», подоб­ные солженицынским: его фонтанирующая жидовствующая ересь прекрасно вплетается в беспредельную паутину бесстыдной лжи, которая душит сегодня любую попытку сказать Слово Правды.

       Стоит ли удивляться, что Коротича, по его же собственному признанию, очень настораживает тот факт, что произведения, вы­шедшие из-под пера Солженицына, для многих являются «непре­рекаемыми».

Куда спокойнее было бы убедить читательскую ауди­торию в «непререкаемости» потока «бульварщины», разлагающей, отравляющей и уничтожающей менталитет нееврейского народа, а главное — отвлекающей его от осознания страшных итогов 200-летнего пребывания «вместе».

        Но, оставим дискуссионные баталии, развёрнутые «научным миром» по поводу двухвековой истории России, и обратимся к её постсоветскому — «новейшему» — периоду, который можно обо­значить как «13 лет вместе».

         Главным «научным» экспертом в этом вопросе выступает нынешний министр культуры России, еврей Ми­хаил Швыдкой, который, в начале этой книги, упоминался, в связи с его высказываниями о «русском фашизме».

        В одном из июльских номеров журнала «Огонёк», продолжа­ющего традиции, заложенные его бывшим главным редактором Виталием Коротичем, опубликовано интервью Михаила Швыдкого, в котором он даёт ответ на 13-летний вопрос «кто виноват?».

          О «научности» же подхода российского министра культуры к исто­рии этого вопроса свидетельствует отрывок из интервью, который я предоставляю вашему вниманию.

         «— Да скомпрометировали уже либералы всё, что было мож­но, в том числе и толерантную, как вы выражаетесь, доктрину!

       — Я вам, как дважды два, докажу, что не либералы, не Горбачев и не Ельцин привели к нашим сегодняшним бедам. Очень любят на эти темы поспекулировать ребята имперской ориентации, большие государственники, я вам скажу!

       Национальная политика Сталина, сельскохозяйственная политика Хрущёва, административная политика Брежнева, идеология и террор Ленина — вот слагаемые на­шего кризиса девяностых. У Ленина любимая была фраза (у Напо­леона он её позаимствовал): «Ввяжемся, а там посмотрим!» Ввя­зался он, а посмотрели мы.

         — Михаил Ефимович, что вы из меня имперца делаете? Я счастлив был бы с вами согласиться. Я просто смотрю, к чему привела денацификация Германии и чем закончилась (если уже закончилась) декоммунизация Советского Союза. Германия рас­палась на две части, а мы — на пятнадцать. В обеих Германиях подъём начался через пять лет, а у нас до сих пор ничего похо­жего, если честно...

       — Знаете, я всегда раздражаюсь, когда проводят параллели между нами и нацистской Германией. Между Сталиным и Гитле­ром — пожалуйста, ради Бога, близнецы-братья, хотя и с оговор­ками. Но, между Россией и Германией...

           Знаете, в чём главное от­личие? Мы освободили сами себя. Ах, если бы написать хорошую книгу об этом! Немцы радостно, с облегчением восприняли крах фашизма. Большинство, во всяком случае. Но сами они сбросить его не смогли — это пришло извне.

          А мы — сами! Потому что не верю я ни в какой заговор Бжезинского, потому что демократичес­кая революция восьмидесятых делалась при всеобщем одобре­нии — ни у какого Запада не хватило бы денег подкупить всё насе­ление бывшего СССР.

        Иное дело, что они нас предварительно из­мотали в гонке, но освободили себя мы сами, и вы просто не по­мните, какова была альтернатива.

            — Очень интересно. Какова же?

        — Либо третья мировая война, к которой всё двигалось очень быстро, либо полная деградация народа. Вы ругаете девяностые, а ведь, в девяностых народ выдержал все испытания, не озверел, не самоистребился!

         Перестройка и то, что последовало за ней, — это было спасение именно собственных национальных ценностей. От лжи, гнили, лицемерия, ежедневного бессмысленного насилия, от фарсовой диктатуры, от маски всемирного пугала...

       Мы пошли, при этом, на небывалые жертвы. У нас страна сжалась, потеряла то, за что отцы и деды гибли: Украину, Белоруссию, Средняя Азия отпа­ла... Всё это — с кровью, с величайшим напряжением.

         Но жертва была принесена ради того, чтобы вообще сохраниться, как народ. Иначе, Советскому Союзу не светило и десятилетия жизни. И не Горбачев всё это сделал, хотя и его заслуга — велика, а ход вещей, самосозна­ние народа.

        Сказали себе, что хватит. Только величайшая нация могла так решительно выправить свой путь после всего, что сама же с собой натворила.

     — И какие это русские ценности, ради которых страна сама себя освободила?

    — Милосердие. Непрагматизм. Самоощущение единого наро­да, который не удалось растлить никакими отречениями и доноси­тельством. Религиозность. Культура. Всё, с чем боролась советс­кая власть.

         — Я очень бы хотел с вами согласиться.

        — Думаю, что согласитесь ещё. Вы думаете, мне не стыдно смотреть в глаза библиотекарям, словесникам, музейным работ­никам? Я же говорю — страна заплатила страшную цену. Я только знаю, что продлись всё это — через пару лет платить уже было бы нечем и не за что.

(«Огонёк», № 25, июль 2003г.)

       Ну, вот и нашли «виноватого» — им оказалась «величайшая нация», которая «сама же с собой натворила», потом «так реши­тельно выправилась» и оказалась там, где сегодня находится — на краю пропасти.

         Кто бы мог подумать! Спасибо Михаилу Ефимо­вичу — глаза открыл!

        Теперь не только россияне, но и весь быв­ший советский народ знает, кто виноват в его нынешних бедах, — он сам, если не считать «национальной политики Сталина, сельс­кохозяйственной политики Хрущёва, административной политики Брежнева, идеологии и террора Ленина», которые, в начале 1990-х годов, свалили Советскую Сверхдержаву.

      Открыл глаза нам Михаил Ефимович и на тех, кто не виноват: либералы, Горбачёв, Ельцин, Бжезинский, Запад и его деньги, ко­торых «не хватило, чтобы подкупить всё население бывшего СССР»...

             Вообще, министр Швыдкой на многое пооткрывал нам глаза:

— на то, что «мы освободили сами себя» от великой Родины, от всего того, за что «отцы и деды гибли»;

— на то, что «демократическая революция», то есть, развал Союза, делалась «при всеобщем одобрении», высказанном, по-видимому, на всесоюзном референдуме, результатом которого было почти стопроцентное голосование за сохранение СССР;

— на то, что мы — народ мощнейшей сверхдержавы, удержи­вавшей ядерный паритет со второй ядерной сверхдержавой мира, — оказывается, стремительно двигались к третьей мировой войне;

— на то, что Запад нас сильно «измотал в гонке» и до сих пор бы продолжал «изматывать», если бы мы не взяли да не «освобо­дили сами себя», а Запад — от нас;

— на то, что нашему народу грозила «полная деградация», а теперь «освободившись», «выдержав все испытания», «не самоистребившись» и « не озверев», он с достоинством роется на помой­ках, спивается, голодает и вымирает;

— на то, что перестройка оказалась «спасением собственных национальных ценностей» от народа и государства, закончившим­ся переходом этих самых ценностей в собственный узконациональ­ный еврейский карман...

           Открыл глаза нам господин российско-еврейский министр и на истинные ценности, которые мы «сохранили», исключительно благодаря перестройке: «милосердие», которое у загнанных и от­чаявшихся людей бьёт сегодня через край; «непрагматизм», поста­вивший великую страну на колени; «самоощущение единого наро­да», растасканного по национальным стойлам; «религиозность», которую исправно демонстрируют новые демократические прави­тели, как минимум, два раза в год — на Рождество и на Пасху; и, наконец, «культуру», ныне представленную лицом министра Швыдкого с ярко выраженными семитскими чертами.

           Единственное, что я могу ещё добавить к итоговой черте, кото­рую подвёл Михаил Ефимович Швыдкой под тринадцатилетним пе­риодом «новейшей» истории «вместе», — это то, что Жид, в своём Кураже, не знает предела.

          Историю страны, её Культуру, Наследие и даже её Трагедию — всё сегодня топчет Жид, не стесняясь живых свидетелей, в памяти которых ещё свежи воспоминания о Великой Родине, возродить которую способно только Слово Правды.