Михаил ЗАДОРОЖНЫЙ | 18.06.2019
На Украине становится модным слово «реванш». До президентских выборов националисты диаспоры беспокоились о реванше на Украине домайданных устоев жизни. Ныне о реванше говорят националисты внутренние, которые пришли к власти в результате государственного переворота 2014-го.
Они обещают не допустить отмены законов об образовании, о государственном языке, о героизации украинских нацистов, прислуживавших немцам и боровшихся с Советской Украиной, они надеются, что т.н. ПЦУ будет поглощена униатами (УГКЦ), а боятся «капитуляции» в Донбассе – наступления мира не на условиях Киева.
И на предстоящих выборах в Раду националисты будут бороться за парламентские места, за доминирование в Раде и правительстве, чтобы нейтрализовать институт президентской власти во главе с Зеленским. Действия команды Зеленского пока не влияют на позиции националистов, по большому счёту нацистов. То есть пока идут тёрки за власть.
Но вопрос не в тёрках, а в том, что происходит со страной (уже без Крыма и республик Донбасса). Поднятый недавно в СМИ шум по вопросу «Какой вы видите судьбу Галиции?» очень показателен.
Ныне одна только постановка вопроса в таком виде грозит быть уголовно наказуемым деянием. Но нельзя арестовать идею, тенденцию. Это, во-первых.
Во-вторых, положение дел в стране показывает, что при всех отчётах и заклинаниях киевской власти о сформированной украинской нации, о «мове, армии, церкви» общество втягивают (помимо войны против Донбасса) в новый этап эскалации напряжённости именно из-за того, что «украинская нация» не сложилась.
Её продолжают формировать насильственными методами. Причём напрашиваются исторические параллели.
После 1991 года насилие над обществом начали применять открыто в ходе «оранжевого» майдана, в годы правления «третьетурового» Ющенко и американки Кэтрин Чумаченко. В 2005 году начали исследовать вопрос о том, почему не складывается нация. Назвали это умно - «Спільна ідентичність громадян України: особливості і проблеми становлення». А нация не складывалась из-за разности взглядов жителей областей Украины по вопросам русского и украинского языков, евроинтеграции (ЕС), евроатлантической интеграции (НАТО). Камнем преткновения стало отношение жителей Украины к РФ и СНГ в целом.
Забегая вперед, скажем, что и после того, как в Киеве Россию назвали «страной-агрессором», довели ситуацию до того, что доля Украины в российской внешней торговле товарами свелась к 2%, ситуация с «украинской идентичностью» изменилась, но не радикально. Поэтому звучит слово «реванш».
***
Напомним, что в июне 1994 года в Люксембурге президент Украины Леонид Кучма подписал Соглашение о партнёрстве и сотрудничестве между Украиной и ЕС. Украина была первой республикой бывшего СССР, подписавшей такое соглашение с ЕС. В июне 1998 года Леонид Кучма издал указ «Стратегия интеграции Украины в ЕС», а в ноябре 1999 года (в инаугурационной речи) отметил, что интеграция Украины в ЕС является «ключевым внешнеполитическим приоритетом» Украины.
Опросы жителей Украины показывали, что около 67% «осознавали необходимость для Украины европейского направления», две трети опрошенных были «вовсе не против вступления Украины» в ЕС ("Национальная безопасность и оборона", 2000, № 9).
В то же время граждане считали, что приоритетными направлениями сотрудничества для Украины является СНГ (31%) и Россия (26%), а США лишь виднелись на горизонте (5%).
За период 2000-2005 гг. у жителей Украины отношение к приоритетности направлений во внешней политике поменялось.
В 2000 г. за приоритетность отношений Украины со странами ЕС выступали 30% респондентов, в 2005-м – 27%. А доля ратующих за приоритетность отношений с РФ граждан выросла с 31,5% до 43%.
В то же время страны СНГ потеряли привлекательность в разы (с 29% до 11,7%). Потеряли привлекательность и США (в 2000 году 4,9%, в 2005 году – 2%).
В феврале 2002 года 57,6% опрошенных граждан страны считали, что Украине нужно вступать в ЕС, в декабре того же года так считали уже 65,1%. Пришёл 2005-й. Опрос в сентябре показал, что за вступление в ЕС выступают только 40% респондентов ("Национальная безопасность и оборона", 2005, №7).
Социологи отмечали, что членство Украины в ЕС не воспринималось жителями регионов Украины как условие, которое исключает или усложняет отношение с Российской Федерацией.
***
Теперь о НАТО.
В 2002 году в Киеве торжественно отмечали 5-летие Хартии особенного партнерства Украина-НАТО. В июле состоялось заседание Комиссии Украина-НАТО. Министр иностранных дел Украины А.Зленко заявлял: «С намерением Украины вступить в НАТО могут соглашаться, могут не соглашаться, но никто не воспринял его как неожиданность. Если бы 23 мая СНБО заявил о желании присоединиться к Ташкентскому блоку, это была бы настоящая сенсация. Заявление о намерении стать членом НАТО лишь логически увенчало тот эволюционный путь, который прошла наша страна за 10 лет сотрудничества с НАТО».
Справочно. Договор о коллективной безопасности (Ташкентский блок) был подписан в мае 1992 года в Ташкенте Арменией, Казахстаном, Киргизией, Россией, Таджикистаном и Узбекистаном (ДКБ). В 1993 году к договору присоединились Азербайджан, Грузия, Белоруссия, а в 1999 году из ДКБ вышли Азербайджан, Грузия и Узбекистан. Узбекистан вошёл в ГУАМ. 14 мая 2002 года ДКБ было решено превратить в международную организацию — Организацию договора о коллективной безопасности (ОДКБ).
До 2002 народ Украины усиленно просвещали. Была развернута информационно-пропагандистская кампания. При этом, как убеждали социологи, она проводилась в интересах самого народа. В 1996 году опросы «показали», что 45% населения желает больше знать о НАТО, в 1998 году уже 51% хотели больше знать о блоке, в 1999 году – все 60% (данные группы «Деминициативы»).
В 2000 году выяснили, что 46,2% опрошенных граждан Украины считали НАТО «агрессивным военно-политическим блоком», 50,6% (среди военнослужащих – 27%) респондентов полагали, что «Украина никогда не должна присоединиться к НАТО». Всего 4,1% опрошенных отметили, что «Украина рассматривает НАТО как наиболее эффективную структуру коллективной безопасности в Европе», а вот эффективными структурами считал ООН (39%), ОБСЕ (24,8%).
Выяснилось также, что наиболее негативное отношение (56,1%) к НАТО тогда выразили «жители «пролетарского» русскоязычного Востока Украины, 60% которых желают восстановления СССР», а большинство ориентируется на СНГ и РФ.
В Киеве и Брюсселе сделали вывод, что «население не прониклось» значением НАТО.
Жители Украины опасались (соцопросы подтверждали), что сближение Украины с НАТО приведёт к ухудшению отношений Украины с Россией и Белоруссией, что НАТО будет использовать Украину в военных операциях в интересах США.
Это понимали и в Киеве, и в Брюсселе, поэтому в законе Украины 2003 года о национальной обороне и были вписаны строки о «сохранении добрососедских отношений и стратегического партнерства с Российской Федерацией, другими странами Содружества Независимых Государств».
В 2005-2006 гг. в Киеве и Брюсселе стали бить тревогу.
Оказалось, что за 2002-2006 годы число сторонников НАТО и сотрудничества Украины с блоком уменьшилось с 32% до 17%, а противников увеличилось с 32,2% до 54,1% ("Национальная безопасность и оборона", 2006, № 9).
***
40% сторонников вступления Украины в ЕС, 17% сторонников сотрудничества с НАТО.
Вот с такого уровня общественного неприятия ЕС и НАТО на Украине на государственном уровне началась информационно-пропагандистская кампания по вовлечению Украины в орбиты ЕС и НАТО. С поддержкой стран Запада. Через десяток лет кормившая на майдане защитников #онижедетей Нуланд заявит о 5 млрд долларов, вложенных США в развитие украинской демократии.
Что мешало Украине продвижению в НАТО и ЕС? Мнение народа, в том числе и по вопросу отношений с Россией и другими странами СНГ.
В декабре 2005 года Центр Разумкова начал исследование идентичности и ментальности граждан Украины. Замеряли территориально-пространственную, социально-культурную, языковую (мовну), гражданскую, национальную идентичности. Замеры повторяли дважды, включая исследование 2016 года.
В 2006 году Центр Разумкова, имея на руках результаты исследования декабря 2005-го, отмечал: «До настоящего времени на уровне страны общенациональная идентичность граждан не сложилась. Наоборот, есть основания допускать наличие тенденций взаимного отчуждения жителей регионов, формирования региональных идентичностей» ("Национальная безопасность и оборона", 2006, № 7).
Более того, делался вывод о том, что «противоречивость ориентации жителей регионов стала существенно влиять не только на внутреннюю ситуацию на Украине, но и на её международные позиции». Тогда социологи писали и о том, что «было бы неосмотрительно» не обращать внимания на «разновекторность психологического тяготения регионов в их геополитической ориентации».
Для понимания роли режимов Ющенко, Януковича, Порошенко, как и майданов 2004 и 2013-2014 гг. в разворачивании кампаний разрыва отношений с Российской Федерацией и антироссийской истерии, борьбы с советским прошлым, а теперь и с имперским наследием, приведём ещё два вывода социологов.
Первый вывод касался языкового вопроса.
Социологи отметили, что «правовой статус и реальное функционирование украинского и русского языков имеет значительный конфликтный потенциал. При условии обострения языкового вопроса существует вероятность его перерастания в значительный межрегиональный конфликт» ("Национальная безопасность и оборона", 2003, № 3).
Второй вывод касался «политических спекуляций вокруг региональных отличий на Украине».
В 2006 году социологи написали: «Как показывают результаты социологических опросов, существует несколько основных проблем, в понимании и оценке которых между жителями разных регионов страны наблюдаются существенные разногласия. К ним, как правило, относят: оценки определённых событий и явлений в истории Украины (в частности, деятельность ОУН-УПА), так называемый «языковой вопрос» (о состоянии защиты украинского/русского языка и статус русского языка на Украине), «церковный вопрос» (охватывает проблемы как межконфессиональных отношений, так и создание Единой Поместной православной Церкви), проблема внешнеполитических ориентаций граждан (прежде всего, вопрос присоединения Украины к НАТО)».
При этом подчеркнули, что эти проблемы в ходе опросов «никаким образом не относятся к кругу тех, которые больше всего волнуют граждан Украины или требуют, по их мнению, первоочередного решения».
В опроснике было указано 26 «волнующих» проблем. Только 14,3% респондентов указали «языковой вопрос», 13,6% - приближение Украины к НАТО, 10,9% и 7,5% - усиление влияния США и России (соответственно) на Украине. А на церковно-религиозную ситуацию на Украине обратили внимание 1,5% опрошенных ("Национальная безопасность и оборона", 2006, № 7).
Но после 2006 года «политические спекуляции вокруг региональных отличий на Украине» стали государственной политикой Киева. Власти, помощники из-за рубежа сделали так, чтобы общество разделить, противоречия довести до госпереворота и вооруженного конфликта на территории Донбасса. А Крым ушёл в состав России.
***
И ныне на Украине политику «политических спекуляций» не останавливает ни война в Донбассе, ни уроки истории. Как, впрочем, натовцев и еэсовцев. Националисты формировали и формируют украинскую идентичность, но реванша боятся.
В 2016 году социологи Центра Разумкова писали: «Остаётся актуальной опасность возникновения и углубления конфликтов в обществе на основе заметных разногласий между жителями разных регионов, связанных с выбором направления дальнейшего геополитического развития государства…» ("Национальная безопасность и оборона", 2016, № 3-4).
События и данные социологических опросов 2017-2019 гг. не дают оснований для иного вывода…
