ВНИМАНИЕ

Материалы публикуемые в блоге это интернет обзор местных и зарубежных средств массовой информации.
Все статьи и видео представлены для ознакомления, анализа и обсуждения.
Мнение администрации блога и Ваше мнение, могут частично или полностью не совпадать с мнениями авторов публикаций.

воскресенье, 6 ноября 2016 г.

Нужен ли нам закон о «российской нации»?

, 05 ноября 2016
Просмотров: 2120
 Нужен ли нам закон о «российской нации»?


Закон о российской нации или народе нужен обязательно

Термины «нация» и «народ» практически не формализованы. Поэтому определение термина «нация» вполне можно принять субъективно-психологическим: как чувствуешь – так и есть. Это чувство общей истории, общей культуры общей судьбы...
Кому нужен закон о российской нации?
Автор – Татьяна Воеводина



Вчера был день т.н. народного единства. Наверно, к этому дню Президент одобрил идею принятия закона о российской нации и отнёс эту задачу к вещам, которые совершенно точно нужно реализовать.
Толерантность или дружба народов?
Не берусь судить, нужен ли такой закон, и что в нём должно быть написано. Но что укреплять и поддерживать дружеские отношения между народами, населяющими нашу землю, надо – это безусловно.
Далеко не все явления жизни могут быть урегулированы правом: что-то регулируется моралью, бытовыми обычаями и привычками, что-то – религиозными верованиями.
Вот взять такой глобальный и вечный вопрос – взаимоотношения мужчин и женщин. Нужен на этот счёт специальный закон? Мне лично кажется – не нужен, но, наверное, могут быть и другие мнения. Закон не нужен, а правильное и разумное воспитание – нужно.
Примерно так и с межэтническими отношениями. Вообще, в межэтнических отношениях есть много общего с отношениями меж мужчинами и женщинами. Пока не было феминисток, мужчины и женщины считали себя друзьями, старались в меру сил понравиться друг другу.
Закон о российской нации или народе нужен обязательно
А явились феминистки – и вот женщины сразу ощутили себя угнетёнными и бесправными. Их, видите ли, не пускают на какие-то высшие должности, не позволяют делать то и это, за что надо немедленно вступить в схватку с угнетателями.
Мне думается, чем меньше об этом разговоров, тем больше толку. А то люди, по слабости своей, любят приписывать свои собственные неудачи какой-то инфернальной силе: это-де не я дура, а «свинский мужской шовинизм» виноват. Нечто подобное и в отношениях народов.
«В результате почти 80% граждан страны – я это отмечаю с удовлетворением – считают отношения между людьми разных национальностей доброжелательными или нормальными», – привёл Путин статистику, добавив не без гордости, что несколько лет назад таких было всего 55%.
Мне кажется, нужно снова ввести в оборот советское понятие «дружба народов». Это не толерантность, то есть терпимость, а именно дружба. Терпеть можно и что-то отвратительное, а вот дружить можно только с тем, кто тебе симпатичен. Дружба народов – это взаимный интерес, любопытство, изучение языков. У нас огромный опыт в этом деле.
В Советском Союзе вся атмосфера жизни была пронизана дружбой народов. Ребёнок читал (вернее, ему читали) сказки народов СССР, он рассматривал картинки и видел, какие красивые народные одежды у разных народов, ему рассказывали, где они живут, чем занимаются. Возникала симпатия, интерес. Он продолжался в школе.
В хрестоматиях всегда было какое-то количество стишков и рассказов писателей из республик СССР и просто разных народов нашей страны. Их переводили лучшие поэты. На ВДНХ ребёнок видел фонтан «Дружба народов» (кстати, очень почему-то ценимый итальянскими туристами), и постепенно идея дружбы народов входила в его сознание. Требовалось специальное усилие, чтобы её разрушить.
Идея дружбы народов жила среди простых людей до самого конца СССР. Я хорошо помню, как летом 1991 г. я была в Азербайджане в командировке, и вполне испытала это искреннее дружество. Никто даже и предположить не мог, что через полгода мы станем чужими друг другу.
Закон о российской нации или народе нужен обязательно
Кто виноват?
Разрушалась эта идея старым проверенным способом: слабому маленькому человеку объясняли, что в его неказистой жизни виноват другой народ. Вообще, самый простой способ «купить» человека – это рассказать ему, что он а) заслуживает бОльшего и б) это бОльшее у него отнял такой-то, и если бы не он – ого-го-го как бы ты жил.
Вот эти разговоры следует решительно блокировать. Это цензура? Ну да, она самая. А без неё управление государством невозможно, что бы там ни бубнили прогрессисты, которые в подавляющем большинстве не управляли в своей жизни даже ларьком в подземном переходе.
При советской власти (при Брежневе) возникла идея новой исторической общности – «советский народ». Хорошая идея, объединяющая. Мне кажется, её следует снова ввести в оборот – в виде «российского народа». Мне кажется, не нужно педалировать слово «многонациональный». Да, в Конституции записано «Мы, многонациональный народ Российской Федерации…» Но мне это не представляется перспективным; надо, напротив, подчёркивать единство.
Мне кажется, надо говорить о «российской нации» – о единстве всех народов, населяющих Россию. Впоследствии, возможно, вместо «российский» будут говорить «русский», как когда-то назывались все подданные русского царя, но это дело будущего. Пока – «российская нация».
Российская нация состоит из множества народов. Мы их любим, уважаем, изучаем их прошлое и настоящее. Как, впрочем, изучаем краеведение, местную историю всех краёв и областей нашей общей страны. Почему, например, не передают по радио песни народов России, а вечно гоняют иностранную попсу или как она там называется?
К какому положению надо стремиться? Мне кажется, к такому. Все мы – русские. Но у каждого есть какая-то малая родина. «Малая родина» – это понятие надо возродить и культивировать. Это место, где ты родился, где твои предки, твои корни, дорогие могилы и т.д. А может, ты там и не родился, но корни там. И такое многообразие создаёт нашу силу, нашу красоту, наше богатство. Любопытно, что известный публицист А. Вассерман называет Одессу своей малой родиной, а себя считает русским. Это правильно и разумно.
Но начать вот так взять и с места в карьер транслировать эту идею (все мы русские, но у каждого своя малая родина) – на мой взгляд, преждевременно. Надо эту идею внедрять постепенно. Главное – понимать, в какую стороны мы идём. Постепенному внедрению идей надо поучиться у наших западных «партнёров».
Вообразите, тридцать или пятьдесят лет назад кто-то заявил бы во Франции или Германии, что гомосексуализм – это норма. Глядишь, и фингал под глазом можно было б огрести. А теперь – ничего, внедрили. Постепенность, неуклонность и твёрдое понимание, в какую сторону мы идём – вот как внедряются в умы идеи.
Идея дружбы народов – это идея живая и нужная. К ней надо вернуться. Но не просто вернуться, а адаптировать её к новой реальности. И умело и неуклонно транслировать.
Закон о российской нации или народе нужен обязательно
Кто такие русские?
Но этим дело не исчерпывается. Как только заговорили о законе о российской нации, тут же оживились сторонники особой защиты русского народа. Он, как многие считают, самый угнетённый и бесправный, а потому нуждается в особом покровительстве.
Вот мне и хочется для начала обсудить: а кто такие русские?
Жители РФ? Так называемые «русскоговорящие»? Те, которые не евреи и не «чучики»? Расово чистые славяне без примеси … кстати, кого примеси? – угро-финнов, монголо-татар, ну и так, по мелочи – половцев там всяких, печенегов или там «древних укров»… В общем, критерий установить непросто.
Есть два подхода к установлению принадлежности к нации, назовём его условно германским и латинским.
Германский тяготеет к зоотехнике: в основе раса, порода, наследственность, антропологические типы, доходящие до измерений черепа… Гитлер и его приспешники ничего не выдумали – они просто довели до последней крайности то, что носилось в воздухе и к чему всегда тяготел германский гений – к учению о неравноценности народов.
Исходно эта идея – английская. Что касается нацизма, то англичанин немца в этом деле всяко за пояс заткнёт. В колониях англичане твёрдо изолировали себя от местного населения и к колонизуемым народам относились как к скоту. Французы – гораздо меньше отделялись, а португальцы – так и вовсе смешивались запросто.
Все идеи нацизма вместе с практикой разумного поддержания нужного хозяевам жизни поголовья унтерменьшей – всё это разработано и обкатано англичанами в колониях. Высказанная Тэтчер в неизбывной простоте своей идея, что-де в России не требуется такого большого населения, – очень англосаксонская идея.
Немецкие нацисты отличаются от англосаксонских лишь тем, что немецкие громко об этом трубили и наукообразно теоретизировали. Впрочем, оставим этот увлекательный вопрос: он сегодня не по теме.
Второй поход к установлению принадлежности к нации – латинский. К нему тяготеют французы, итальянцы. Название, понятно, условное: этот подход свойствен не только латинским народам.
В чём этот подход? Он прост. Критерий нации или расы – это самоощущениекультурная традиция – ничего больше. (Отметим любопытства ради: в латинской традиции «расой» часто называют то, что мы скорее назовём языковой семьёй: латинская, германская, славянская… Кстати, в романских (латинских) языках и порода собак называется словом «раса»: race по-французски, raza по-испански, razza по-итальянски).
Попробуем понять, как воспринимает расу и нацию латинский ум? Обратимся к авторитетным первоисточникам. Вот почтенный в этом смысле автор – Муссолини. Основоположник фашизма, а фашизм, нас учат, – это расизм. Вот ознакомьтесь, что думал основоположник про расу:
«Раса! Это чувство, а не действительность: на девяносто пять процентов, по крайней мере, – это чувство. Ничто никогда не заставит меня поверить, что сегодня существуют биологически чистые расы. Достаточно забавно, что ни один из тех, кто провозгласил «величие» тевтонской расы, не был германцем. Гобино был француз, Хьюстон Чемберлен – англичанин, Вольтман – еврей, Лапуж – француз».
Резонно, правда?
В «Доктрине фашизма», тексте официальном (он был написан для итальянской энциклопедии), Муссолини формулирует:
«Нация не есть раса, или определённая географическая местность, но длящаяся в истории группа, т.е. множество, объединённое одной идеей, каковая есть воля к существованию и господству, т.е. самосознание, следовательно, и личность…» (Перевод корявый, но смысл понятен).
Закон о российской нации или народе нужен обязательно
Чувство общей судьбы
То есть, критерий нации – субъективно-психологический. Как чувствуешь – так и есть. Это чувство общей истории и общей культуры. Общей судьбы. Именно поэтому при всей трудности «умственного» установления национальности очень легко установить её «по чувству». Теоретически не просто, а практически – проще пареной репы.
Есть масса людей, которые с уверенностью и без сомнения говорят о себе: я – русский. (Или соответственно «я – француз», «я – немец» и т.д.). На каком основании? Да ни на каком. На основании чувства. Вот русские они, и всё тут.
Я, к примеру сказать, такая. Хотя во мне ¼ подтверждённой украинской крови. Или мой муж. В нём украинской крови половина, а половина второй половины – белорусская. То есть русской крови, выходит, не более четверти. А поскольку фамилия у него характерная для Польши, то, можно думать, и польская есть; а, поскольку в Белоруссии проходила знаменитая черта оседлости евреев, может, и еврейская тоже… А всё вместе – русский.
В прежнее время бытовало в России такое шутливое присловье: «Папа – турок, мама – грек, а я русский человек». Очень правильно, именно так и есть. Вернее, так может быть, это нормально. Если человек чувствует себя культурно и морально-психологически русским, значит он русский.
Здесь хочется вспомнить моих западно-украинских предков. Прадед мой был с Волыни из села Городок, а жену взял из-под Полтавы. Бабушка моя 1898 г.р. родилась там же. Прадед был управляющим поместьем, из крестьян. Помещик заметил, что девчонка управляющего – смышлёная и посоветовал учить её дальше, после церковно-приходской школы, которую тогда заканчивало большинство.
Её отправили сначала в Варшаву в гимназию (Варшава был психологически наиболее близкий большой город для тогдашней Волыни), а потом – в Москву, где она и закончила гимназию. Потом поступила на Бесстужевские курсы, которые кончить не успела: помешала революция.
Так вот, помню, в конце бабушкиной жизни мои подруги иногда спрашивали её: «Лукия Григорьевна, Вы по национальности – украинка?». На это бабушка неизменно отвечала: «Девочки, нет такой национальности – украинка. Это большевики выдумали. Все мы – русские. Только одни – великороссы, другие – малороссы, а кто-то – белорусы. А вместе все – русские».
Мои предки говорили по-польски лучше, чем по-русски (прабабка до конца дней не выучилась толком говорить по-русски). Однако после революции они делом доказали свою «русскость». Волынь тогда отошла Польше, и они не захотели оставаться там, и уехали в срединную Россию – в Тулу. Им казалось, что их лишат православной веры, будут насаждать католичество, ну и уехали. Такие вот русские люди.
Не только язык, не только вера, не то и другое разом, не бытовые привычки, не культура, а нечто, не сводимое ни к одному из этих факторов – определяет национальную принадлежность. Некое чувстводух.
Закон о российской нации или народе нужен обязательно
Малая и большая Родина
Может ли этих чувств быть два или больше? Можно ли быть русским и одновременно коми-зырянином или горно-алтайцем? По-моему, ничего этому не препятствует. Горный Алтай – это твоя малая родина, там твои предки, обычаи, сказки, язык. Но при этом ты – русский, большая русская культура – это твоя культура, а большой русский народ – твой народ.
Тем более, что разные народности были включены когда-то в Россию не силой оружия, не завоёваны, а они сами присоединились, поскольку им угрожали другие страны и народы. Помните, у Лермонтова, из «Мцыри»:

О славе прошлой – и о том
Как, удручен своим венцом,
Такой-то царь в такой-то год

Вручал России свой народ.
И божья благодать сошла

На Грузию! – она цвела

С тех пор в тени своих садов,
Не опасаяся врагов

За гранью дружеских штыков.
 
Русский никогда не был для инородцев угнетателем и эксплуататором. Он был старшим братом: сам недоем, а меньших накормлю.
За границей все мы – русские, и в этом – естественная правда. Там в деталях не разбираются. Точно так в Забайкальском военном округе парня из Ногинска зовут «москвич». Это дома мы можем быть башкирами или бурятами.
У нас работала симпатичная чета бурятов. Культурные русские москвичи. Но они не хотели потерять свою культуру и перед сном читали своему шестилетнему сыну бурятские сказки. И это прекрасно! В этом та самая «цветущая сложность», о которой говорил когда-то Константин Леонтьев. Малые и большие языки и культуры – это драгоценные цветные ниточки, из которых соткан ковёр большой русской культуры. Но в целом мы – русские.
Свои блюда, свои песни, сказки, обычаи – всё это прекрасно и интересно, всё это нужно поощрять и культивировать. Равно как и русские обычаи, песни и сказки. В подмосковной школе, где училась моя дочка, был предмет «народная культура», который преподавала большая энтузиастка этого дела. Она учила детей, в числе прочего, лепить из глины, они изучали обычаи, народные обряды…
Песни, сказки, пословицы – вот естественное «место», где живёт «малая» этническая идентификация человека. Говорить на коми, аварском или украинском на темы быта, обычаев, говорить на нём в быту – нормально и прекрасно. Говорить о «большой» жизни – о политике, о науке, технике, об общей жизни – искусственно и непродуктивно. Да, собственно, так по факту и получается.
На языке большевистских дискуссий столетней давности по национальному вопросу такой подход назывался «культурной автономией». Мне кажется он естественным и плодотворным. Сталин, знаток национального вопроса, называл себя «русским грузинского происхождения». Мне эта формула кажется очень простой и верной.
У нас есть большая Родина: Россия, и по ней все мы – русские. И есть малая родина, которую мы любим и ценим. Но всему своё место. Очень просто и плодотворно! Он не забывает своих корней, не отрицает, не преодолевает, не примазывается к чему-то большому, мощному и престижному. Он остаётся тем, что есть, но при этом сохраняет свои живые корни.
В конце концов, Булат Окуджава (кстати, тоже русский грузинского происхождения) считал своей национальностью «арбатство». А Арбат, кстати, слово тюрское, не иначе – из Орды.
Я была в Киеве года три назад. Обратила внимание на курьёзное обстоятельство: все надписи, реклама – по-украински. А вот объявления, что пишут сами граждане на принтере или от руки, – сплошняком по-русски. Возле метро «Университет» много объявлений, предлагающих дипломы, чертежи, курсовики – вот эти все по-русски. Может, сейчас что-то переменилось…
Вообще, о серьёзном наши украинские братья предпочитают говорить по-русски. Вот знаменитый ролик Юлии Тимошенко, где она предлагает мочить москалей атомной бомбой. Все квохчут вокруг этой самой бомбы и не замечают самого интересного: говорят-то они – по-русски!
Оба собеседника украинцы, говорят меж собой, не имея нужды быть понятыми кем-то ещё (в этом случае, уж лучше было бы прямо по-английски, как некогда Саакашвили), а размовляют эти национальные деятели – на российской мове.
Закон о российской нации или народе нужен обязательно
Очень почитаемый филолог и философ XIX века Афанасий (пардон, Опанас) Потебня, истинный хохол, малороссийский помещик, фольклорист, истый собиратель украинского народного творчества, говорил, что писать о науке по-украински – это возить дрова в лес. Пустое это дело, ненужное.
Забавно, что очень давно, ещё в 80-е годы мне привелось в Киеве купить сборник филологических статей, посвящённых Потебне по случаю какого-то юбилея, т.н. «Потебняньски читання». Так вот там почти все современные статьи были по-украински и по-белорусски, только самого Потебни – по-русски. И никто не заметил юмора ситуации.
В СССР не только не препятствовали этническому самовыражению – наоборот, эту сторону жизни педалировали. Были созданы алфавиты для бесписьменных языков, детей заставляли учить литературу на этом языке. Мои советские украинские друзья предпочитали посылать детей в русские школы: там преподавали украинский, но предметы изучали по-русски.
Да что Украина? В Прибалтике была такая же история.
Откуда это пошлО? После и во время революции новая власть не чувствовала себя достаточно уверенно и старалась опереться на любые движения и народные чувства. Вот и пытались понравиться националистам, провозгласив пресловутое «право наций на самоопределение».
После войны, вероятно, можно было сделать единое государство. (Намеренно не говорю «унитарное», т.к. не хочется вдаваться в подробности). Но то ли руки не дошли, то ли это было сделать непросто. Сталин после войны был по факту самодержавным монархом, но и самодержавный монарх может далеко не всё.
Только тот, кто никогда не руководил никакой организацией, воображает, что первое лицо может всё. Далеко не всё! И чем больше и сложнее организация, тем Уже у первого лица, как нынче принято выражаться, коридор возможностей.
Мне кажется, Россия ещё не сказала своего слова в истории. И если ей суждено будет его сказать, то лучше всего это будет сделать при том – простом и естественном – подходе к национальному вопросу, который я постаралась обрисовать выше беглыми штрихами.


Путин про Русский народ (17.04.14)


Андрей Фурсов «Что такое Русский народ?»


Более подробную и разнообразную информацию о событиях, происходящих в России, на Украине и в других странах нашей прекрасной планеты, можно получить на Интернет-Конференциях, постоянно проводящихся на сайте «К лючи познания». Все Конференции – открытые и совершенно  безплатные. Приглашаем всех просыпающихся и интересующихся…

Комментариев нет:

Отправить комментарий