ВНИМАНИЕ

Материалы публикуемые в блоге это интернет обзор местных и зарубежных средств массовой информации.
Все статьи и видео представлены для ознакомления, анализа и обсуждения.
Мнение администрации блога и Ваше мнение, могут частично или полностью не совпадать с мнениями авторов публикаций.

пятница, 29 июля 2016 г.

Что-то знают, но молчат

Оригинал взят у terrao в Что-то знают, но молчат
Моя подруга Елена работает краеведом в Красноярском крае, специализируется на истории и быте хакасов. Часто помогает театрам подбирать орнаменты для национальных хакасских костюмов, консультирует специалистов. Иногда выезжает «в поле» – так Лена называет работу с живыми носителями традиционной культуры этого древнего сибирского народа.
116820963_large_5634411_7e99414519cc (699x463, 74Kb)
Много интересного рассказывала мне Ленка о хакасах. Её всегда изумляло то, что они непохожи ни на один из соседних народов – например, радуются рождению дочери в семьях словно самому большому празднику, будто солнцу. А вот, скажем, у монголов рождение дочери считается неудачей. С удивлением узнала я, что когда-то у хакасов была обширная империя, которая простиралась на тысячи километров – от степей Казахстана до среднего течения реки Амур. А ещё раньше, тысячи лет назад, здесь были владения древних сибирских цивилизаций, от которых остались лишь остатки мегалитов – огромных ритуальных камней. Некоторые будут постарше знаменитого британского Стоунхенджа.

– Знаешь, что меня поражает в хакасах? – поведала однажды мне Ленка, когда я чаёвничала у неё в гостях. – Смотришь на них и кожей чувствуешь, что они будто что-то знают. То, что для нас непостижимо. Знают, но не говорят.

И Ленка рассказала одну очень странную историю.

Есть у неё знакомый учитель, Владимир Сергеевич. У них даже случился роман – правда, чисто платонический. Володя переехал из Хакасии в Красноярский край лет двадцать назад, а до того жил в далёком хакасском посёлке, в горно-таёжной местности.

Владимир Сергеевич страстно увлекался спелеологией. Вокруг посёлка не осталось ни одной пещеры, которую он не облазил. И местных ребятишек приучал к этому делу. Водил школьников в пещеры на уроки краеведения, рассказывал, что тут издревле жили предки, учил любить природу.

Однажды после уроков Володя повёл в пещеру Шероховатую пятиклассников, девятнадцать человек. Большинство ребят – русские, только двое хакасов. Пока вышли в горы, пока добрались – наступило послеобеденное время. И вот зашли они в пещеру, протиснулись сквозь узкий проход, миновали первый грот, и вдруг оба хакасских мальчишки встали как вкопанные. Весь класс ушёл вперёд, а эти стоят на месте.

– Вы чего? – спросил пацанов Владимир Сергеевич. – Испугались, что ли? Не бойтесь, тут лишь одни летучие мыши.
– Мы не испугались. Нам просто дальше нельзя. Это не наша пещера.
– То есть как «не ваша»?
– Не наша. У нас есть другие пещеры. А здесь нам далеко заходить не разрешается.
– Кем не разрешается? Родителями, что ли? – не понял Володя.
– Нельзя, и всё, – буркнули мальчишки.
– Что за ерунда? – возмутился учитель. – Я целый класс брошу и вас одних домой поведу? Вы же современные ребята! А ну живо за остальными!

Но мальчишки юркнули куда-то вбок. Володя на секунду потерял их из вида.

– Стойте здесь, я сейчас, – велел он классу и ринулся за беглецами.

Мальчишек нигде не было. «Наверное, через боковой проход вышли», – подумал Володя. Продвинулся ещё на несколько метров, потом ещё. И с ужасом понял, что не узнаёт ни грота, ни ходов, ни пещеры. Хотя должен всё помнить – ведь сто раз здесь бывал!

Потопал учитель обратно, но не смог найти коридор, по которому пробрался сюда. Все стены обшарил. Что за чертовщина – ведь ход был здесь! Не мог же он случайно оказаться в другом гроте?

Прошло полчаса, затем ещё час. Владимир кричал в карстовые пустоты, надеясь, что хоть кто-нибудь из школьников откликнется. Но отвечало ему только эхо. Учитель решил идти в противоположную сторону, прислушиваясь, где капает вода, – надеялся, что рядом выход. Он блуждал часа три. Наконец в темноте забрезжил крохотный кружок света. Владимир Сергеевич пополз на свет. Вылез, огляделся. И не поверил своим глазам.

Он находился совершенно в другом месте! Горы, склоны, лес – всё другое. Попробуем допустить, что Володя продвинулся внутри пещеры на несколько километров – но не мог же он проползти весь горный кряж!

Уже темнело. Володя спустился вниз, где журчала горная река, утолил жажду. Потом нашёл тропинку, по ней вышел на грунтовую дорогу. Где-то на горизонте в далёких посёлках зажигались первые огни. Владимир побежал по дороге изо всех сил.

В голове крутилась только одна мысль: «Как же так могло получиться?» А хуже всего, что он оставил в пещере детей совсем одних! За это, конечно, уволят. Но даже увольнение не так страшно. А вдруг они не нашли выхода и по-прежнему плутают внутри горы?

Впереди показался свет фар. Это был рейсовый автобус. Усталый, испачканный пещерной глиной Володя чуть не заплакал от радости.

– Вам куда? – спросил его изумлённый водитель. – Потерялись, что ли?
– Потерялся. Я из Кировского.

Водитель посмотрел на Володю как-то странно.
– Кировский… В соседнем районе, что ли?
– А это какой район?
– Краснознамённый.

Володя несколько секунд молчал, переваривая только что услышанное. Краснознамённый район начинался километров за сорок от Шероховатой пещеры! Это не укладывалось в голове.

– Ты что, геолог, совсем заблудился? – подмигнул Володе водила. – Ладно, сейчас закончу рейс, подброшу тебя, куда нужно.

Уже поздно вечером, добравшись, наконец, до родного посёлка, Владимир Сергеевич помчался с фонарём в горы – туда, где под землёй он оставил целый класс. Бежал мимо поселкового магазина, когда его окликнула знакомая учительница.

– Володь, ты куда в ночь-то? Да ещё весь грязный?
– Люба, я там ребят в Шероховатой оставил. И ещё Семёнова и Шоева где-то потерял.
– Каких ребят? Пятый «Б», что ли? Да они уже давно по домам сидят. Насчёт Семёнова не скажу, а Шоева видела полчаса назад. Он мать с фермы встречал.
– Как по домам? Их что, уже нашли?
– Да ты же сам их привёл два часа назад! Не помнишь, что ли?

Володя прибежал домой к одному из ребят. Парень делал уроки. Он очень удивился расспросам учителя и сообщил, что Владимир Сергеевич всех привёл назад, и Шоева с Семёновым в том числе. Говорил, всё прошло хорошо, даже было интересно.

Володя вернулся домой и упал в кровать, не ужиная. Так и уснул в грязной одежде. Жена с маленьким сыном тогда жили у бабушки – не с кем было даже поделиться пережитым. Но потом учитель понял, что ему всё равно никто не поверит. И решил никому из местных ничего не рассказывать. Попробовал лишь ещё раз расспросить тех двоих пятиклассников – узнать, почему они не пошли в пещеру. Но оба, словно сговорившись, ответили: «Владимир Сергеевич, вы чего? Отличный урок был, нам очень понравилось. Вы сами дальше не пошли – было очень грязно. А потом всех домой отвели. Ещё про реку по пути рассказывали».

– Потом ему поведали знающие люди, что у каждого хакасского рода есть своя родовая пещера, – продолжила Ленка. – В чужие пещеры ходить нельзя. Вова ещё долго удивлялся: как же так? Эти дети – сыновья трактористов, комбайнёров, учителей. Обычные советские ребята. Оберегов не носили, никаким шаманством даже не пахло. А родовые пещеры почему-то помнят…

Но дальше случилось самое странное. Володя долго в пещеры не ходил. Но распался Советский Союз, пришли иные времена – наступило безденежье. Вместе с подросшим сыном Егором Владимир Сергеевич стал водить туристов по самым интересным маршрутам, зарабатывая дополнительную копейку к скудной учительской зарплате. Постепенно стал считать, что та история в Шероховатой – какой-то нервный срыв или временное помутнение рассудка. Хорошо хоть никому не рассказал – сочли бы психом, засмеяли.

Но однажды в одной из пещер Егору стало плохо. 19-летний парень ни с того ни с сего потерял сознание. Вытащили его наружу, привели в чувство – а юноша вроде как сам не свой, слегка тронулся умом.

Володя водил сына к врачам, даже в Москву ездили – всё безрезультатно. Отец места не находил, винил себя. Но спустя пару лет приснился ему странный сон. Видит Вова пещеру, где Егорка потерял сознание, только она вся светлая, расписанная непонятными знаками и орнаментами. И слышит Владимир глухой голос: «Мы вернём тебе сына. Но больше к нам не приходи. В пещеры тебе хода нет».

На следующее утро Владимир первым делом заглянул в комнату сына. Егор сидел на кровати, хлопал ресницами. Потом произнёс: «Папа, я же был в пещере. Я что, всё это время спал?»

– Володька потом признавался, что от радости чуть не закричал, – вспоминала Лена. – Егор оказался абсолютно здоров. Через неделю учитель собрал вещи и уехал с семьёй из посёлка. Навсегда. А с женой что-то у них не заладилось – развелись. Но, как сам Володя мне потом говорил, это неважно. Главное, что все они уехали подальше от этих странных пещер.

Олеся БАЛАКИРЕВА
Имена и топонимы изменены

Комментариев нет:

Отправить комментарий