ВНИМАНИЕ

Материалы публикуемые в блоге это интернет обзор местных и зарубежных средств массовой информации.
Все статьи и видео представлены для ознакомления, анализа и обсуждения.
Мнение администрации блога и Ваше мнение, могут частично или полностью не совпадать с мнениями авторов публикаций.

воскресенье, 5 июня 2016 г.

Мир вокруг атомной «Иглы». Часть 2

, 05 июня 2016
Просмотров: 450
 Мир вокруг атомной «Иглы». Часть 2


Как делается ядерное топливо для электростанций. Часть 2

Технология разделения изотопов урана для получения ядерного топлива не такая сложная, но получилось, что Россия, при всей своей отсталости, занимает больше половины мирового рынка в этом высокотехнологичном секторе экономики...
Мир вокруг «Иглы». Часть 4: «Игла» в США – 1
Автор – Борис Алестэр



Давайте так: на лавры  Задорнова я не претендую, всякие некрасивые слова про величайшую из демократичнейших стран, оплот демократии и горнию высь цивилизации говорить не буду. Свято, аки «Отче наш», обязуюсь помнить о том, что Америка сделала айфон – и буду напоминать об этом всяк читающему. Вот. «Игла» в Штатах имеет историю длинную, многоплановую, поэтому я попробую поведать её двумя частями, и начну с чисто технической.
Когда мы говорим «Американская «игла», мы подразумеваем – «Карл Коэн»; когда мы говорим «Карл Коэн», мы подразумеваем – «американская «игла». Развитие проекта центрифуг в США невозможно отделить от биографии этого человека. Судите сами. Родился Карл Коэн в Нью-Йорке в 1913 году, степень магистра получил в 1934 в Колумбийском университете, потом стажировался в Парижском университете, привёз из Франции новые знания и супругу, успев вернуться на родину до начала Второй мировой.
Как делается ядерное топливо для электростанций. Часть 2
На фото: Experimental Breeder Reactor №1 (EBR-I) – национальный исторический памятник США
Защитив докторскую, Коэн стал ассистентом нобелевского лауреата Гарольда Юри, и с 1937 начал работать в главной теме своей жизни – теории разделения изотопов. В мае 1940, после того, как американские и европейские учёные смогли убедить Рузвельта, что немцы движутся к созданию атомной бомбы, опережая всех, при Колумбийском университете была создана «SAM-лаборатория», а Коэн возглавил в ней Теоретический отдел, перед которым была поставлена задача разработки технологии разделения изотопов урана – то, что мы привычно называем теперь «обогащение».
Коэн начал сразу с центрифуг – это казалось ему логичным и более реальным, чем все прочие методы. Практически одновременно были созданы два образца центрифуг – подкритичная и надкритичная. Первый эксперимент прошёл в 1943 году. Надо отметить, что центрифуга эта имела очень понятные нам размеры: 103 см высоты, 18 см диаметр. Но в Мордоре эта штука, как известно работает и работает, а вот в Штатах в декабре 1943 случился первый айфон: протекла смазка, после чего в считанные секунды установка... э-э-э ... м-м-м... накрылась... нае... ой, что это я! – превратилась в айфон.
Когда братцы-американцы немного отдышались – в феврале 1944 – они попробовали раскрутить надкритичную центрифугу, что закончилось большим пи ... ой! – созданием второго айфона. Став обладателем сразу двух айфонов, финансовый отдел Манхеттенского проекта вынес приговор: «Сетка!» Коллекционирование айфонов не было в тренде – надо было успеть обогнать немцев с получением Бомбы. На этом первая попытка покорения центрифуг американцами и закончилась.
Отдадим должное Коэну: после первых двух айфонов он не стал отказываться от идеи развития технологии разделения изотопов при помощи центрифуг, но заниматься этим ему пришлось уже вне Манхеттенского проекта. «Сеточки» работали уверенно, поедая горы электроэнергии, бомбы были удачно испытаны над Хиросимой и Нагасаки, но для Коэна важнее было то, что в 1950 году в США был создан реактор EBR-I (Experimental Breeder Reactor №1), и всего через год реактор дал настолько много электроэнергии, что смог запитать самоё себя.
По такому случаю была создана Комиссия по ядерной энергетике США, Коэна пригласили в качестве консультанта. Задача: сделать атомную энергетику коммерчески оправданным проектом. Коэн консультировал, занимался теоретическими проработками – и, как знать, сколько бы это ещё продолжалось, не отправься он в 1957 в Амстердам на научную конференцию. Именно там Коэн познакомился с Гернотом Циппе, которого он уговорил поехать в Штаты.
Циппе в Штатах не только защитил патенты, для чего восстановил по памяти все чертежи центрифуг, которые он видел в СССР, но и собрал опытные экземпляры. В апреле 1960 Комиссия по атомной энергетике выделила финансы на создание опытного центрифужного завода в Ок-Ридже. Началась вторая попытка покорения центрифуги... Как бы это выйти из щекотливой ситуации-то... Айфон-3, айфон-4...
А, вот слова Гернота Циппе – мне верить ни малейшего повода, а он был профессионалом:
«США имели свой собственный опыт центрифугостроения в период второй мировой войны и пошли своим собственным путём. У них не оказалось никого, кто, невзирая на личные невзгоды, постоянно наставлял бы их на правильный путь. Они строили всё более крупные и более массивные машины. Они всё увеличивали разделительную мощность отдельной машины, но экономической конкурентоспособности не достигли. Они были вынуждены встроить в каждую центрифугу особое устройство для контроля за подшипниками и отсекающий механизм, позволяющий заменять неисправные машины. Успех известен: вложив 3,5 млрд. долларов в разработки и строительство нового обогатительного завода с газовыми центрифугами, они проиграли. Они теряли на глазах рынок обогащённого урана, потому что вынуждены были включать расходы на разработку новой технологии в цену, и не выдерживали конкуренции. Причины можно изложить в нескольких словах: машины становились слишком большими, слишком длинными, слишком дорогими и сильно запоздали».
Сказано это было в 1986 году, на лекции в Бонне по случаю избрания его в почётные члены Общества ядерной техники.
Вот лично я понятия не имею, как это выглядело, но в 1977 в США была создана и опробована центрифуга SET III. Монстр 12 метров в высоту, 61 см диаметром работал с мощностью в 200 ЕЕР в год – в 40 раз больше наших центрифуг 5-го поколения. Вот он, сладкий миг победы – американская технология в 40 раз круче допотопных ржавых бочоночков вечно пьяных ватников!!!
В 1977 году Конгресс выделил на создание завода 2,6 млрд. долларов (прикиньте сами, сколько это долларов образца 2016 года). И работа закипела! Уже в 1985 году (всего-то 7-8 лет) на площадке в Портсмуте (Огайо) стояли 3 000 SET III из запланированных 4 400, оставалось совсем немного... Информация о том, что же за айфон приключился в этот раз – top secret, ни одного байта журналистам не досталось. Но размер этого айфона оказался таким, что 5 июня 1985 года правительство США, плюнув на все потраченные финансы, закрыло не только завод, но и всю программу центрифуг. Официальная формулировка: «в связи со спадом потребности на мировом рынке обогащённого урана».
Вы в эту версию верите? Я-то – однозначно «да», потому как такая страна, как США врать не может в принципе!! Ну, а то, что первый контракт на поставку обогащённого урана в США «Техснабэкспорт» подписал в 1987 году – это какая-то случайность. Хм... Слабовато. А, не-не-не!!! Конъюнктура рынка поменялась! В 1985 обогащённый уран никому не был нужен, в 1986 взорвался Чернобыль – и сразу после этого спрос вырос многократно, да настолько, что пришлось вот покупать у наиболее вероятного противника. Так лучше?..
Нет, не моё это – надобно господ либералов попросить придумать какую-нибудь сногсшибательную версию. У меня-то, ватника со стажем, мысли неправильные: жиденько обгадившись со второй попыткой покорения «иглы», американцы вынуждены были покупать уран у СССР. В 1987 году в Америке работали 104 промышленных реактора, боеголовки ещё никто не уничтожал, и единственный обогатительный завод на «сетках» тупо не выдерживал такой нагрузки. Пришлось нагнуться и в таком положении идти на встречи с «конторой», которую мы теперь знаем, как концерн Росатом.
Чтобы гордость за великие США охватила вас ещё больше, напомню о Пакистане. В 1974 Кадыр Хан приволок из Голландии чертежи, в 1978 завод по обогащению уже работал. В Пакистане, Карл! У которого не было технологий, развитой промышленности, денег. 4 года + 240 миллионов долларов – и завод заработал. Мало того: Пакистан добился обогащения не в 5-7% топливного урана, а в 90% урана оружейного – на тех же центрифугах. Штаты с 1960 по 1985 – тысячи экспериментов, лучшие научные кадры и технологии, 3,5 млрд, долларов – и «спад потребности на рынке», причём на рынке именно топливного урана (5-7%).
Технология попала в руки персов и всем миром, всем МАГАТЭ Иран еле-еле сумели отговорить от создания Бомбы, то есть от обогащения на центрифугах урана до 90%... Ну, и совсем уж из ехидности, напомню: не принимая никакого участия в этих событиях, Мордор крутил и крутил все эти годы «иглу», создавая одно поколение центрифуг за другим...
Закончить эту часть хочу, проследив судьбу Карла Коэля Коэна. Второй айфон с центрифугами стал для него уже последним – в 1985 ему исполнилось 72 года, первая молодость явно кончилась. Но он не оставил преподавательскую деятельность, в меру сил принимал участие в более поздних попытках США освоить обогащение урана хоть на чём-то, кроме «сеток». Но он был не только искренним патриотом своей страны, но и настоящим учёным, умеющим признавать свои ошибки и поражения. В 2010 году, во время визита Сергея Кириенко в США, Коэн пытался поднять вопрос об импорте из России нашей центрифужной технологии.
Скончался Карл Коэн в 2012 году, всего год не дожив до своего векового юбилея. Лауреат множества премий, член самых известных научных сообществ, своим примером он убедительно доказал: против лома нет приёма. Это, конечно, всего лишь мой личный вывод: советские центрифуги были созданы людьми, буквально своими руками ковавшими наш ядерный щит. Попытки американцев осваивать атомные технологии, ставя конечной целью только и исключительно получение прибыли – а Коэн работал именно в этом направлении – на выходе раз за разом дают айфоны.
Ситуацию, складывающуюся с обогащением урана в США в наши дни, перетащу в отдельную заметку – длинновато получается.

Мир вокруг «Иглы». Часть 4: «Игла» в США – 2
Автор – Борис Алестэр
Как делается ядерное топливо для электростанций. Часть 2
На фото: Каскад центрифуг на заводе «Американская центрифуга» в Пайктоне (официальный сайт компании «Centrus» бывшая USEC)
Напомню, что сейчас я попробую рассказать о третьей попытке покорения американцами центрифужной технологии – первые две удалось «втиснуть» в предыдущую часть.
История третьей попытки – это история компании USEC, они слиты воедино, как говаривал классик. В 1992 году США приняли новый закон – «Об энергетической политике», в 1993 году была создана госкорпорация USEC Inc, US Enrichment Company, Американская Обогатительная Компания (далее – АОК). Этой структурной единице Министерства Энергетики США (далее – МЭ) были переданы оба «сеточных» обогатительных предприятия – в Пайктоне, штат Огайо, и в Падьюка, штат Кентукки. То, что заводов было именно два – наследство времён бурной наработки оружейного урана. В Падьюке уран обогащали до 0,96% по урану-235, а в Пайктоне дотягивали уже до реакторной величины в 3,8%.
АОК достаточно быстро ввела в действие схему работы на давальческом сырье. Частные АЭС (а они в США именно частные) доставляли в Падьюк урановую руду и оплачивали работу по обогащению, а потом забирали готовый НОУ (низко обогащённый уран) в Пайктоне. НОУ доставляли на предприятия, где производились уже сами тепловыводящие сборки, откуда и развозили по своим реакторам. Всё совершенно нормально: прозрачно, рыночно – если, конечно, не обращать внимания на то, сколько приходилось платить. Диффузионный метод по энергоёмкости в 50 раз более затратен, чем наш, центрифуговый – соответственно, за НОУ американские АЭС переплачивали в несколько раз (себестоимость 1 ЕРР у нас – 20 долларов, себестоимость 1 ЕРР на их «сетке» – 70 долларов) Впрочем, это были их, американские проблемы.
Да, чтобы дальнейшее было понятнее – давайте несколько цифр. В активной зоне реакторов стоят стержни с готовым ядерным топливом. Давайте быстренько прокрутим, что это такое – «ядерное топливо» и что сколько стоит.
Вот урановая руда «выбралась из шахты» и прибыла на завод по обогащению. Из 7,5 кг руды, к которой приложено 6,5 ЕРР работы по обогащению получается 1 кг топливного урана, в котором урана-235 – 4%. Те цены, которые можно видеть во всяческих спотах – это цена руды. Она колеблется в разные стороны, давайте, для примера, посчитаем, сколько стоит НОУ при цене руды 100 долларов за кило. 7,5 х 100 = 750 – это по руде. 1 ЕРР в Контракте ВОУ-НОУ, к примеру, стоил 90 долларов, тогда для 1 кг НОУ имеем 6,5 х 90 = 585. Итого 750 + 585 = 1 335 долларов за 1 кг НОУ.
В 1994 году АОК распоряжением МЭ стала единственным американским контрагентом по сделке ВОУ-НОУ, а в 1996 году администрация Билла Клинтонапродавила через Сенат и Конгресс Закон о приватизации АОК. Приватизировали весь обогатительный комплекс: оба диффузионных завода и все площадки для хранения урановой руды и НОУ. Это был первый в мире эксперимент по передаче обогащения урана в частные руки – никто никогда ранее себе такой вольности не позволял, а теперь, похоже, и подавно позволять себе не будет.
Дальнейшие события показывают, что Билл Клинтон был самым тайным и самым успешным агентом нашего Минатома, своими блистательными действиями убивший весьма мощного конкурента на мировом рынке обогащения урана (АОК в 1996 году занимал 11% мирового рынка обогащения урана). Талант!..
К 1995 году МЭ США окончательно уяснило, что попытки держаться за «сеточный» метод не имеют никакой перспективы: российская и европейская «иглы» раскатают их в блин. И вот тогда было принято решение возродить из мёртвых проект Американская Центрифуга (далее – АЦ). Вот красочное описание-воспоминание из Washington Post2007 года:
«Здание в окрестностях Пайктона превратилось в мавзолей секретных технологий. На протяжении 20 с лишним лет, стройные ряды центрифуг простаивали в полном бездействии. «У нас было такое ощущение, что со временем здание завода превратится в подобие Стоунхенджа. Люди приходили бы сюда и удивлялись фигурам молчащих исполинов – вспоминает один из сотрудников».
«Исполины» – это те самые центрифуги SET III высотой 15 метров, при виде которых Циппе просто убежал обратно в Европу... Но отталкиваться решили именно от них, красивых. Собственно, в чём заключалась американская идея-фикс и откуда взялись эти мастодонты, объяснить несложно. Чем больше скорость вращения ротора центрифуги, чем больше отношение длины ротора к диаметру центрифуги – тем больше разделительной работы способна осуществить центрифуга в количестве 1 штука.
Наши «малыши» высотой в 70 см за год вращения делали всего 8,5 ЕРР – потому и были объединены они в каскады, где стояли сотни тысяч «бочоночков». Нелепо? Зато не ломается, зато надёжно, зато электричество не кушает практически. Почему надёжно? Помните, что такое резонанс? Ну, школьное: сто солдат, идущих в ногу строевым шагом, разваливают каменный мост из-за этого самого резонанса. При разгоне ротора центрифуги продольные колебания неизбежны, всегда имеется критическая частота, на которой наступает резонанс. Да и после преодоления этой критической чистоты жизнь легче не становится: при наращивании скорости металл ротора становится текучим, нужно экспериментально подбирать сплав, который такое будет выдерживать при каждой заданной частоте вращения. Оно нам надо, такое счастье? – решили наши ватные атомщики, да и остановились на мелких центрифугах с подкритичной частотой.
«А нам – надо!!! – ответили великие американские атомщики, да и пустились во все тяжкие. Наши центрифуги будут надкритичными, будут большими – пусть ватники обзавидуются!..
Эксперты, нанятые МЭ и АОК, в 1995 году высадились в Пайктоне, чтобы прикинуть, как двигаться дальше, сколько времени и денег потребуется для реализации проекта АЦ. Думали больше двух лет, глядя на мастодонтов и на техническую документацию, доставшуюся в наследство (технология была передана МЭ в собственность АОК, причём на бескорыстной основе).
Вердикт был вполне оптимистичным: на доработать потребуется 4-5 лет от силы и каких-то 400 млн. долларов. Выводы учёных стали частями Закона о приватизации АОК: правительство США вешало на шею частной компании не только Контракт ВОУ-НОУ, обогащение на «сетках», хранение и логистику ядерных материалов, но и строительство завода по проекту АЦ. В июле 1998 года АОК была продана посредством первичного публичного предложения на Нью-Йоркской фондовой бирже 100 млн. акций, в результате торгов бюджет США пополнился на 1,9 млрд долларов.
Первоначальная идея по строительству завода АЦ в Пайктоне постепенно становилась обязывающим документом с графиком выполнения этапов работ. В 2002 году, после того, как были демонтированы SET III, документ стал договором между АОК и МЭ. Если это капитализм и рынок, то весьма своеобразный, смотрите.
1) Государство передаёт частной компании исполнение межгосударственного контракта ВОУ-НОУ, позволяя зарабатывать на этом столько, сколько получится. При этом государство обеспечивает частную компанию всей технологией и инфраструктурой, необходимой для исполнения контракта, подгоняет потребителей – американские АЭС до 1998 договоры на обогащение подписывали с МЭ, а после 1998 дружно стали клиентами частной АОК.
2) Государство вешает на шею частной компании абсолютно новый проект, обязывая частников всю прибыль по ВОУ-НОУ вколотить в проект АЦ.
3) Государство и частная компания договариваются, что, если всё будет хорошо, завод АЦ тоже станет собственностью частной компании. Какая-то смесь зелёного и квадратного, ей-богу! «Мы дадим вам заработать денег, но вы все прибыли вколотите в новый проект, который тоже станет вашей собственностью. Да, это ваша прибыль, но мырешаем, куда вам её тратить...»
По договору с МЭ АОК обязана была за свой счёт к 2009 году запустить завод АЦ в Пайктоне разделительной мощностью 3,5 млн ЕРР, при этом до момента запуска АОК обязана была обеспечивать работой «сеточный» завод в Падьюке на таком же уровне производительности. Но АОК пошла на эти условия – уж очень была уверена, что ей действительно хватит 400 млн. долларов на АЦ, что на фоне прибылей от ВОУ-НОУ большой потерей не выглядело.
Но жизнь коммерсанта с государевой крышей и без оной – это две большие разницы, как некогда говорили в Одессе. Беда пришла, откуда не ждали – не из России, а из Европы.
В 2004 году тандем европейских обогатителей – Areva и URENCO – подали иск в арбитражный суд США с требованием отменить, как несправедливые, пошлины на услуги по обогащению урана. Помните, я писал, что в Контракте ВОУ-НОУ американцы разделили оплату нашего НОУ на две части: природная компонента – отдельно, ЕРР – отдельно?
Вот европейцы за это и зацепились: раз услуги оплачиваются отдельно, то какая уж тут пошлина? За природную компоненту – заплатим, вопросов нет, а вот за услугу – не видим причин. АОК сразу поняла, чем дело пахнет: ведь европейцы к тому времени уверенно освоили технологию центрифуг Циппе, себестоимость их обогащения была в 2 раза ниже, чем на «сетках», потому и сопротивлялись, как могли.
К примеру, в 2005 году профсоюз USW, куда входили работники атомной отрасли, внезапно направил правительству США письмо не с просьбой даже, а с требованием не снимать пошлину с обогащения, предрекая в противном случае массовые сокращения. Как знать – может правительство и прислушалось бы, да вот только после того, как иск европейцев стал достоянием американской общественности, в правительство потоком пошли и другие письма. АЭС-то в США, повторяюсь – частные! И их владельцы прекрасно видели цены на обогащение от европейцев и от россиян, считать они умели.
И понеслась: письма с требованием снять пошлину как можно быстрее, посыпались, как из рога изобилия: TVAExelon... Борьбу с такими слонами АОК проиграла вчистую: в 2006 году высший арбитражный суд США принимает решение в пользу европейцев. Сидевший тихо-тихо, аки мышь под лавкой, Росатом скромно так приветствовал решение суда.
Что из этого выросло? Очевидное: АОК стала стремительно терять рынок внутри самих США. В 1998 году они поставляли 80% услуг по обогащению, в 2007 – уже 50%. Мягко будет сказано, прибыль падала, а обязательства перед МЭ по проекту АЦ никто снимать и не думал. В воздухе отчётливо запахло керосином...
Самые прозорливые рванули прочь от проекта АЦ уже в 2007. К примеру, «Боинг», который подписался в 2004 поставлять комплектующие для центрифуг, в марте 2008 просто разорвал контракт, не вдаваясь в объяснения. В первое время АОК ещё справлялась – на место «Боинга» удалось уговорить прийти компанию BWXT, в 2007 у новых центрифуг уже появилось новое название – АС 100.
Этот слон стал меньше по размеру, но не сказать, чтобы сильно – 12 метров высоты. Зато, если верить расчётам, разделительной работы АС 100 могла сделать 320-350 ЕРР, в год, в 40 раз больше наших «малышей». Это ли не победа страны сияющей демократии над ржавой бензоколонкой?! На запланированные 3,5 млн ЕЕР/год с завода надо было построить всего 11 500 АС 100 – и золотой ключик автоматически перекочёвывал в карман Карабаса!..
Правда, среди внимательной публики пошёл какой-то ропот. Как-то так получилось, что смета на завод, составлявшая 2,3 млрд. – явно маловата. Да и откуда им взяться у АОК, многие уже не понимали: вместо прибыли за первые полгода 2007 года АОК получила 26 млн. убытков. Но АОК только рукой отмахнулась – пустяки, всё будет ОК, клянусь бабл-гамом! Осенью грядёт массовая смена топливных сборок – вот тут-то деньгии хлынут потоком!
Ах, да – сроки запуска завода надо бы сдвинуть с 2009 на 2012. Нет-нет, не подумайте ничего плохого – это всё из-за глупого «Боинга» время потеряли, пока нового поставщика нашли, не более того. Но BWXT уже привлёк «Honeywell Internetional» и «АТК Сomposites», и вот втроём они с 1 октября 2010 будут гнать по 400 штук АС 100 в месяц, и всё будет вери велл!
Но число скептиков росло. В августе 2007 группа конгресменов-демократов написала в МЭ весьма жёсткое обращение. Эдак без обиняков: воруют в АОК, и воруют много. Потому подписывать с ними контракт на грядущую дезактивацию площадок «сеточных» заводов нельзя ни в коем случае – АОК и эти деньги прое... растратит. Сумма – 9,5 млрд., это много, это – не для АОК. Есть компания Energy Solution – контракт надо отдать ей, поручив на прибыль ... выкупить АОК.
Предлагаю отдать должное руководству АОК: именно они первыми придумали наш любимый слоган «Путинвиноват!!!» На демарш демократов они ответили именно так: Путин поднимает цены по Контракту ВОУ-НОУ, потому вот у нас убытки и образовались. Но есть способ избежать любых проблем: нужно просто дать нам, красавцам, государственные гарантии на 2 млрд., мы под них возьмём кредиты и построим завод вне зависимости от проблем с ценами по ВОУ-НОУ. Заявка на кредиты легла на стол в МЭ, там обещали подумать.
Но после появления на свет слогана вечер переставал становиться томным просто на глазах. Уж не знаю, как это было высказано на языке высокой дипломатии, а у нас, в тупичке Гнилых Объедков, это прозвучало бы так: «Слышь, придурок, я тебя трогал? Ну, ты сам нарвался!..»
В том же августе Техснабэкспорт подаёт иск во внешнеторговый суд США с требованием отменить 116% пошлины на наше обогащение. Обоснование – отмена импортной пошлины на такую же услугу для европейцев.
«Ай!» – сказала АОК. «Большое спасибо мудрому решению внешнеторгового суда США от 26 сентября 2007 года. Нам всегда нравился рынок США и нам очень приятно, что мы тут теперь будем играть на равных» – глядя куда-то вдаль, ответил Техснабэкспорт.
Новый ответ АОК в прессе не размещали – видимо, из цензурных соображений. Все всё понимали, но сделать ничего не могли. Урановую руду по законам США нельзя экспортировать в Россию? Да мы и не экспортируем – сказали частные американские компании, владевшие АЭС. Покупаем на стороне, возим туда-сюда по белу свету, обогащаем, где ни попадя, пошлину на руду вот платим исправно. Почему у АОК не покупаем? Да чего-то не хочется – у ихнего НОУ мздра не та...
АОК даже рискнула обратиться в Техснабэкспорт – что ж вы делаете, господа хорошие?! Ответ был корректен: «К пуговицам претензии есть? Ой, извините – к выполнению ВОУ-НОУ претензии есть? Нету? А чего тогда? Ну да, заходили мужики с мешками руды, просили повозиться – и ЧО?»
Уж не знаю, как думали выкручиваться из этой ситуации руководители АОК. С того момента, как были проиграны оба суда, она явно становилась лишней на этом празднике жизни: она мешала европейцам, она мешала нам, её с её попытками задрать цены, терпеть не могли потребители НОУ в самих США. С января 2008 АОК судорожно пыталась ухватиться за соломинку, раз за разом прося, требуя, вымаливая государственные гарантии на 2 млрд. у МЭ.
Где в информации об АОК правда, где – откровенная дезинформация, разобраться сложно. В феврале 2008, к примеру, АОК заявила, что «правильная» смета на завод не 2,3 млрд., а 3,5, при этом сама АОК готова вложить 1,5 и гарантий как раз и хватило бы, чтобы построить завод.
Сразу после этого последовало что-то совсем истеричное в адрес Конгресса: верните пошлины на услуги по обогащению, иначе проект АЦ реализовать не получится. Конгресс флегматично ответил, что пройдены все мыслимые и немыслимые судебные инстанции, поводов возвращать пошлины просто нет.
В июне АОК отчиталась о работе по АЦ, явив миру новую смету – не 3,5 млрд., а 3,8 и новый срок реализации – не начало 2012, а ноябрь. Но вот, если нам дадут государственные гарантии – всё сразу изменится. МЭ вообще ничего не ответило, просто зафиксировало отставание от графика на 30 месяцев. По этой причине никакого контракта на дезактивацию площадок сеточных заводов пока не будет: мы продлеваем лицензию на работу в Падьюке до 2013 года, завод в Пайктоне переводим в «горячий резерв».
В 2009 году к работе приступило правительство Барака нашего Обамы, и руководство АОК попыталось использовать старый трюк: то правительство было плохое-плохое, а вы такие хорошие-хорошие, что, ради сохранения наших передовых позиций гарантии на какие-то паршивые 2 млрд. выпишете вот прямо сейчас, правда?
Администрация Обамы не успела толком принять дела, как последовали новости с биржи: в марте 2009 акции АОК на бирже рухнули на 25%. АОК попыталась сделать хорошую мину при явно плохой игре, сообщив, что в Пайктоне начался монтаж каскада из 40-50 уже готовых к работе АС 100. Мало того: подписаны протоколы о намерениях с потребителями НОУ на продукцию, которую дадут в светлом будущем американские центрифуги на общую сумму 3,3 млрд. долларов на срок до 2026 года. Но названия этих компаний мы сказать пока не можем – это наша с ними коммерческая тайна. Удивительно, но слегка опешившая от такого напора администрация Обамы предпочла ничего не отвечать.
АОК, похоже, уже не могла остановиться: они даже не отдавали себе отчёт, что руководителем МЭ при Обаме стал Нобелевский лауреат по физике Стивен Чу – человек, которому было, с кем консультироваться по поводу бурного технологического творчества АОК. Тем более, что творчество было больше бухгалтерским да политическим, сопровождалось прочими непонятными манёврами.
То АОК грозило начать экономить деньги и сокращать работников в Пайктоне, то вдруг пыталась подписать договор с AREVA на совместное строительство нового реактора в штате Огайо, хотя свободных денег на такую работу и в помине не было. Постоянно менялась сумма, которую АОК «уже вложила» в проект АЦ – летом 2009 она вдруг выросла до 1,5 млрд.
Чу это явно раздражало, и он предложил АОК отозвать их заявку на получение госгарантий. Руководство АОК впало в ещё большую истерику: наши экспериментальные АС 100 уже наработали 235 тысяч машинных часов, успех на пороге, неужели такая проблема с этими 2 млрд. долларов? Чу под напором лобби чуточку дрогнул: решил, что отказывать с гарантиями нужно не сразу, можно подождать полгода, за которые будет проведена тщательная инспекция того, что АОК реально смогла сделать по проекту АЦ.
Идея о проверке со стороны МЭ совершенно не понравилась АОК: в сентябре она сократила 1 000 рабочих в Пайктоне. Но людей Чу это не смутило, проверку они провели. 40 центрифуг действительно были поставлены на площадку, вот только каскад из них АОК собрать пока не сумела, да и многие комплектующие явно не соответствовали техническим требованиям. Реальная бухгалтерия АОК тоже не могла обрадовать: за 3 квартала 2009 года прибыль составила всего 9 млн. долларов. С такими результатами просить гарантии на 2 миллиарда?..
МЭ потребовало собрать первый каскад и пообещало, в случае удачи, ещё раз рассмотреть возможность дать гарантии. АОК бросилась форсировать работу, но в ноябре выяснилось, что из 40 центрифуг 10 действительно надо переделывать – комплектующие действительно оказались бракованными. В мае 2010 каскад начал приобретать реальные черты – удалось собрать воедино 24 центрифуги, оставалось присоединить ещё 20, вызывать комиссию МЭ и снова бороться за получение госгарантий.
С техническим воплощением проекта дела не шли, зато в том же мае 2010 АОК добилась успеха на другом фланге. Toshiba и Babcock&Wilcox Technical Service Clinch Riverподписали с ней контракт и гарантировали инвестиции в проект АЦ со своей стороны в размере 200 млн. Японцы действительно верили в успех проекта и таким способом «столбили» поставки НОУ в Японию, у АОК появился призрачный шанс получить кредиты у японских банков, а вот B&W были уверены, что АОК не справится и им удастся забрать всю технологию на себя.
В такой конгломерат поверил даже рынок: акции АОК поднялись в цене на 18% и АОК, расхрабрившись, подала повторную заявку на получение госгарантий. Но сторонние инвестиции, рост акций – это одно, а техническая проверка от дядюшки Чу снова констатировала – каскад так и не собран, так что по поводу заявки мы ещё подумаем. АОК принялась за старую песню: оказывается, их вложения в проект АЦ доросли уже до 1,9 млрд., но гарантии нужны именно на 2 млрд. – поскольку «правильная» смета теперь уже не 3,8 млрд., а ... 4,7.
Стивен Чу, который прекрасно помнил, что в 2002 году смета была всего 2,3 млрд. и видел, что сроки проваливаются уже на 36 месяцев, от услышанного удивился настолько, что просто прекратил переговоры, взял паузу на неопределённое время, заявив, что будет спокойно ждать начала работы первого каскада.
Остаток 2010 года пролетел незаметно. АОК готовила проект своей организационной реструктуризации, создавало какие-то СП со своими инвесторами, радовалось росту котировок на бирже, профсоюз снова писал письма в поддержку – бурная, напряжённая работа. Вот только каскад так и не работал...
В марте 2011 АОК добилась действительно серьёзного успеха – был подписан договор с Техснабэкспортом на продолжение совместной торговли НОУ после окончания выполнения контракта ВОУ-НОУ, на период с 2013 по 2023 годы. Общий объём поставок в адрес АОК – 2,8 млрд. долларов, при этом в Штаты предусмотрена поставка только части этого объёма, поскольку до 2020 года будет продолжать действовать количественное ограничение на импорт российского НОУ.
Грубо говоря, АОК подписалась торговать нашим НОУ по всем странам, используя свои связи. Но до 2013 АОК предстояло ещё дожить. Именно «дожить»: в марте 2011 на счетах компании оставались всего 32,5 млн. долларов. А Стивен Чу на все эти коммерческие манёвры вообще не желал реагировать, повторяя сказанное: будет работать каскад – будем говорить о гарантиях. Удивительно неэмоциональный человек – он, видите ли, хотел видеть сделанную работу, хотел видеть Американскую Центрифугу. Странный он какой-то, в общем.
АОК сумело понять: никакая пыль в глаза не поможет, надо и правда попробовать поработать. На площадке в Пайктоне находились уже 50 центрифуг АС 100, и летом 2011 года АОК решило, наконец, соединить их в единый каскад.
Вот на дате 11 июня 2011 года я в этот раз и остановлюсь. Увидев новый айфон, все ведь любят повертеть его в руках, полюбоваться эргономикой корпуса, попробовать увеличить фотки, правда? Так и я не исключение – мне тоже хочется полюбоваться, да и вам показать айфон-2011 со всех сторон...

Мир вокруг «Иглы». Часть 4: «Игла» в США – 3
Автор – Борис Алестэр
Как делается ядерное топливо для электростанций. Часть 2
На фото: Стивен Чу – физик-экспериментатор, лауреат Нобелевской премии, экс-министр энергетики США (фото forbes.com)
Собственно, даже не часть – так, реплика по поводу того, что произошло на заводе в Пайктоне 11 июня 2011 года (приношу извинения – в предыдущей заметке ошибочно написал неверную дату). Уж извините за подробности, но больно они красноречивы – на мой конечно, взгляд. «Размер имеет значение», как говорится. Подробности расследования – из материалов Комиссии по ядерному регулированию США.
11.06.2011. на недавно собранном каскаде центрифуг АС 100 проходила штатная работа: надо было подключить резервный насос системы водного охлаждения, предварительно отключив на профилактику основной насос. Поскольку люди Стивена Чу сборку каскада ещё не проверяли и не принимали – на счастье американцев фторидаурана в центрифугах не было, иначе без выброса радиации дело бы не обошлось.
Нам любят рассказывать про нашу «бесконечную технологическую отсталость», про отсутствие дисциплины среди вечно пьяного российского персонала. Но вот скажите: как оценить то, что на опытной площадке завода, имеющего стратегическое значение для государства, не было защиты от самого элементарного короткого замыкания?.. Центрифуги – вершина технологии, над которой трудилось государство с 1969 по 1985, в которую, если верить отчётам АОК, после 2002 было вколочено ещё пару миллиардов евро. И – «пришёл коротыш, а мы и растерялись...»
Что такое отсутствие питания на роторах длиной 12 метров, удерживаемых в вертикальном положении электромагнитами? Магниты отключаются, в верхней точке ротор становится не закреплённым. Ротор, вращающийся с бешеной скоростью, попросту «ложится» на стенку центрифуги. В четырёх центрифугах именно это и произошло. «Эксперимент» продемонстрировал, что сплав, использованный для корпуса, значительно прочнее сплава ротора: вскрытие показало, что роторы рассыпались в пыль, а стенки были пробиты в нескольких местах только на одной АС 100.
Повторяю – фторида урана в центрифугах в тот момент не было, разгерметизация не привела ни к каким выбросам радиации. Но одновременно с шалтай-болтаем роторов отключение питания привело ещё и к тому, что центрифуги перестали охлаждаться – резервный насос охлаждения ведь не включился.
Персонал смены заметался по площадке, лихорадочно перепроверяя, нет ли в какой-нибудь из остававшихся «в живых» центрифугах фторида урана. Одновременно с этим кто-то пытался вручную врубить резервный генератор питания. Вручную, Карл! Завод готовили к обогащению урана в промышленных масштабах, а генератор питания у них включался ру-ка-ми. Коротнуло – побежал, дёрнул привод...
А коротнуло от души: на щите управления насосами началось задымление. Сработали датчики задымления, и «в бой пошла пожарная бригада». Да, не побежала, не помчалась, не рванула, а именно пошла: в отчёте начальника тех пожарников значится: «К моменту нашего прибытия задымление самоликвидировалось». Это ж как «чётко» была организована работа на случай ЧП!.. Надкритичные центрифуги, бешеные скорости вращения, фтор с ураном – а «к моменту нашего прибытия...»
Картинка – Айвазовский с его «Девятым валом» обзавидуется. Пульт дымит, к нему, почёсывая пузы, неторопливо топают пожарники, кто-то пытается запустить генератор, остальные носятся по залу – уран ищут. Датчиков о наличии/отсутствия фторида урана на каскаде – не было, надо было каждую центрифугу проверить отдельно. Красота!..
Начальник смены, наблюдая за всем этим, похоже, просто запаниковал. Иначе какого ангела он умудрился отрубить блок бесперебойного питания всех остальных систем каскада?.. В результате электричество перестало поступать ещё на 120 точек, в числе которых оказались и система контроля параметров каскада, и монитор концентрации водорода. Грубо – вырубился блок контроля, погасли все индикаторы. Удивляться тому, что участники этого праздника растерялись окончательно, не приходится.
С момента начала ЧП прошло больше 10 минут. Роторы перегревались от отсутствия водяного охлаждения, но при этом теряли скорость вращения. Центрифуги, повторяю, надкритичные. Значит, что? При замедлении роторы стали проходить резонансную частоту в «обратную сторону» – не на этапе разгона, а на замедлении. Но резонанс он и есть резонанс: пошли вибрации и колебания, роторы начало мотать из стороны в сторону. В результате ещё два «легли» на корпус и, как и в первых 4 случаях, «превратились в пыль».
Но тут случилось американское хайтэк действо: кто-то из сотрудников сумел, наконец, врубить резервный генератор питания. Включились индикаторы контроля, через пару минут удалось подключить и водяное охлаждение. Вот только не на всём каскаде, а ... всего на нескольких центрифугах.
Пять часов, Карл! Именно столько потребовалось смене, чтобы взять под контроль весь каскад. В центрифугах урана не было...
Официальное резюме Стивена Чу (главы МЭ – министерства энергетики) было выдержанным, вежливым, коротким: «И эти люди хотят получить лицензию на управление каскадом из 11500 центрифуг?..»
19 ноября 2011 у АОК заканчивалась годовая лицензия на работы с опытным каскадом, но Стивен Чу не стал подписывать следующую – на 2012 год. Удивительно чёрствый человек!.. Я даже боюсь говорить о том, что он сделал с листочком, на котором была напечатана заявка АОК на получение госгарантий на 2 млрд. долларов – пусть этот момент останется таинственной интригой, хорошо?
Новую попытку спасения АОК предприняла самая тяжёлая артиллерия – Пентагон. Мотивы тревоги военных очевидны. К тому времени заявления на получение разрешения строить обогатительные заводы на территории США подали обе европейские компании –USEC и AREVA. Ладно, французы имели немного шансов на успех: слишком шатким былофинансовое положение AREVA, дошло до того, что они тоже стали просить у МЭ государственные гарантии, и тоже на 2 миллиарда. Но МЭ не спешило идти навстречу: смета обогатительного завода у французов была почти 4 млрд., то есть госгарантии позволили бы набрать кредитов только на половину необходимого. Зато у USEC с деньгами было всё в порядке, и могла сложиться ситуация, когда рынок обогащения США был бы расписан между этой компанией и ужасТным Росатомом. Однако не это волновало Пентагон.
Ни европейцы, ни Россия ни на какие запросы Пентагона реагировать бы не стали – договор о нераспространении ядерного оружия соблюдают весьма жёстко. Стало быть, если отношения между Россией и США снова обострятся и понадобится вернуться к созданию ядерных боеголовок – американцы этого сделать просто не смогут. Не смогут – от слова «вообще».
Давайте в цифрах, чтобы не голословно. Современная боеголовка – это 25 кг урана, обогащённого по изотопу 235 до 90%. Для получения 1 кг ВОУ требуется 219 кг природного урана + 193 ЕРР, тогда на боеголовку нужны 5,5 тонн руды и 5 000 ЕРР.
Где обогащать, если нет собственных центрифуг? В наличии оставалась только «сетка» в Падьюке. Для того, чтобы на «сетке» произвести 1 ЕРР, необходимо потратить 2370 киловатт часов, то есть на 1 (одну) боеголовку необходимо 2 370 х 5 000 = 11,85 мегаватт часов.
Мало того: «сетка» в Падьюке рассчитана на обогащение всего до 0,96% урана-235, а для боеголовок надо 90%! Значит, количество «сеток» пришлось бы увеличивать на несколько гектаров, строить новые ёмкости – а это миллиарды и миллиарды долларов и годы по времени. И всё это – наперегонки с Россией, которой даже чесаться не надо: те же самые каскады «мирных» центрифуг-малышек способны гнать и гнать обогащение до уровня ВОУ, потребляя на 1 ЕРР всего-то 50 киловатт часов.
Ни дополнительных вложений, ни новых электростанций – ни-че-го. Просто для всех потребителей НОУ двери закрываются, на них вешается табличка «Ушла на базу. Буду, когда вернусь», и мирные обогатительные заводы мгновенно становятся вполне себе военными. Не через 3-4 года и сколько-то там миллиардов инвестиций, а на следующий день после звонка Сергея Кужугетовича, который скажет в трубку слова «Надо, мужики, на-до – расклад сильно поменялся...»
Понимая, чем грозит «Айфон-2011» АОКу, многозвёздные генералы нажали, надавили и Стивен Чу – вздрогнул. Не «дрогнул», а именно «вздрогнул» – не на 2 миллиарда госгарантий, а на 150 миллионов на 2012 год и только на НИОКР (научно-исследовательские и опытно-конструкторские работы): на восстановление и отладку разрушенного в июне каскада. «2 миллиарда не дам, а 150 миллионов – запросто. Если бюджетная комиссия Конгресса разрешит, конечно».
29 ноября 2011 состоялось заседание этой комиссии, вердикт которой был краток: АОК с просьбой о 150 млн имеет полное право отправиться в пеший эротический тур. Руководство АОК и многозвёздные генералы, изогнув спины и склонив головы снова потянулись в кабинет Стивена Чу...
Тот, уяснив, что от этой публики не отделаться, порылся по сусекам и нашёл-таки денежку. Не, не 2 млрд. Не, не 150 млн. Вот вам, уважаемые, 44 млн., а остальное сами ищите. Эксперты АОК ойкнули – таких денег хватало на 3 месяца работы. Но спорить с министром не получалось: разрушенный каскад центрифуг всё ещё не был восстановлен.
В марте 2012 АОК, наконец, поняла, куда клонит господин Чу. 27.03.2012 Стивен Чу от имени МЭ внёс на рассмотрение Конгресса законопроект. Коротко: давайте выделим 150 млн. АОК на проведение НИОКР, но не просто так, а ... в обмен на интеллектуальную собственность на всю технологию АЦ (Американской Центрифуги). Да-да, АОК что-то говорила о том, будто вложила в этот проект 1,9 млрд. Но это дела давно минувших дней, знаете ли. Но люди мы добрые: если АОК до 30.06.2014 устранит все недостатки, продемонстрирует нам работающий в коммерческом режиме опытный каскад – мы будем готовы вернуться к рассмотрению их заявки на госгарантии, и даже к вопросу интеллектуальной собственности на технологию. Только пусть заявку-то новую напечатают, а то со старой после 11 июня 2011 какое-то несчастье произошло...
Вот такой фрукт этот Стивен Чу. Чубайса на него не было, потому курс на национализацию технологии прервать не получилось. Странный эксперимент Билла Клинтона подходил к логическому завершению. Есть отрасли экономики, технологии, участие в которых частных предпринимателей возможно только под жёстким контролем государства.
Да, частные заводы могут поставлять комплектующие – но только получив государственный заказ и только после государственной приёмки. Да, частные лаборатории могут принимать участие в разработке технологий – но только выполняя государственный заказ на чётко выделенный участок работы. И это, как вы видите, не некая «марксистская теория», а наша суровая реальность. Не желающим смириться с этим выводом, предлагаю ещё раз задуматься: какими бы были последствия, если бы центрифуги АС 100 11 июня 2011 года были заполнены фторидом урана, а не вращались вхолостую...
На этом реплику об Айфоне-2011 я и закончу. Последняя часть «американской иглы» будет рассказом о закономерном финале проекта «Американская Центрифуга». Избежать его было нельзя, но его прекращение имеет очень серьёзные последствия, причём не только для США, но и для всей геополитики.
Ещё раз коротко: с момента окончания проекта США превратились в государство, которое технологически не способно к созданию ядерного оружия. Всё, чем Штаты располагают на сегодня – запасы высокообогащённого урана, созданные в годы «холодной войны». Вот только напомню, что производители ядерных боеголовок по обе стороны океана давали и дают одинаковый гарантийный срок на свои изделия: 30 лет.
Глобальных выводов только от меня не ждите – это было бы просто суетой. Сначала нужно будет поковыряться в «бухгалтерии» – каковы запасы ВОУ в Штатах и в России. Потом – посмотреть на расклад по резервам урановой руды в уже разрабатываемых месторождениях и в тех из них, которые недавно открыты и ещё не эксплуатируются.
Уран – тема серьёзная, давайте попробуем посмотреть на весь объём информации, а уже потом, медленно спустившись с горы... – ну, вы в курсе. Но при этом будем держать в голове очевидные факты:
1) Соединённых Штатов Америки на рынке обогащения урана больше нет.
2) Россия – гипотетически, конечно, при очень дурном развитии событий – наращивать объёмы ВОУ для оборонных целей технологически готова, причём как пионер – всегда. У Штатов такой возможности нет.
3) Штаты не могут не готовить какие-то «ответы».
Ах, да, чуть не забыл. Я никогда не был сторонником теории заговоров, но, если у вас паранойя – это не значит, что за вами не следят... В марте 2011 году, кроме аварии в Пайктоне, после которой многие стали многое понимать, случилась ещё одна техногенная катастрофа – Фукусима.
Что она значила конкретно для Росатома? Японцы экстренно остановили все свои 55 реакторов, Германия приняла безумный план вывода из эксплуатации своих АЭС, в результате чего резко упал спрос на уран и, соответственно, цены на него. Упали в тот момент, когда уже было видно окончание Соглашения ВОУ-НОУ.
То есть в тот момент, когда у Росатома должны были появиться коммерческие планы использования освобождающихся мощностей нашего обогатительного комплекса. На циничном языке злобного бухгалтера: Фукусима украла прибыль. Но это я так, к слову, ведь, на самом-то деле, цунами – штука абсолютно стихийная. Не менее стихийная, чем стихийный рынок равной конкуренции в условиях глобального капитализма.

Мир вокруг «Иглы». Часть 4: «Игла» в США – 4
Автор – Борис Алестэр
Как делается ядерное топливо для электростанций. Часть 2
На фото: «Американская центрифуга» в Пайктоне (официальный сайт компании «Centrus»)
На сегодня эта заметка – заключительная о центрифугах в США, но вы уже видели, что упорство американцев, трижды пытавшихся освоить эту технологию, не даёт никакой уверенности, что через какое-то время не состоятся новые попытки. Предугадывать повороты сценария атомного проекта – безнадёжное занятие.
Получив практически нокаутирующий удар от Ствиена Чу, АОК продолжала рыпаться из последних сил. В марте 2012 ей удалось выклянчить у фонда «J.P. Morgan Chase» 15 миллионов на проведение НИОКР в апреле, чтобы дотянуть до новой «морковки от Чу» – маленькой, в 150 млн.
Возможно, АОК смогла бы раскручивать клан Морганов и дальше, да только в это время закончился финансовый год и настала пора, как любой публичной компании, показывать результаты 2011 года. АОК и показала, после чего Моргана как водой смыло, поелику убытки за 2011 год составили 540,7 млн. долларов. И цена акций чуточку снизилась – с 6,42 доллара в начале года до 1,07 доллара в конце года.
Июньское короткое замыкание по деньгам обошлось дороже любого торнадо, в общем. В апреле 2012 из компании бегом убежали два вице-президента, в мае 2012 биржа сняла акции АОК с торгов, поскольку они упали ниже минимального предела в 1 доллар за штуку. Это падение курса акций было вполне объяснимо: по итогам первого квартала 2012 АОК снова получила убытки – ещё на 20,8 млн. долларов.
5 июня 2012 АОК и Техснабэкспорт подписали последнее дополнение к Контракту ВОУ-НОУ (20-е по счету): порядок и логистика последних поставок, порядок расчётов. Все манёвры с возможностями зарабатывать на перепродаже НОУ заканчивались – оставалось всего полтора года до окончания Контракта. Видимо, понимая, что вариантов больше нет, 18 июня 2012 АОК пошла на подписание соглашения с Министерством Энергетики – на так называемую программу RD&D.
Контроль над технологией АЦ (Американской Центрифуги) временно передавался дочерней компании АОК – «AC Demonstration», но совет директоров этой «дочки» состоял уже из людей МЭ, поскольку доверия к компетентности АОК не было уже никакого. АОК и МЭ согласовали финансирование работы с демонстрационным каскадом: МЭ предоставляло 280 миллионов, АОК должна была найти 70 миллионов со своей стороны.
На эти деньги «дочка» АОК обязалась до февраля 2013 года собрать новый демонстрационный каскад, теперь уже из 120 АС 100, запустить его в работу на 10 месяцев, в течение которых у МЭ будет возможность проверить надёжность и безотказность этого каскада, оценить фактический объём обогащения на каждой центрифуге и на каскаде в целом. При этом все новые центрифуги становились собственностью МЭ, перейти в собственность АОК они могли только в случае успешного испытания каскада.
«Приз» состоял не только из этих 120 АС100: если программа RD&D была бы успешно выполнена, МЭ было согласно вернуть АОК интеллектуальную собственность на технологию АЦ, да ещё и вернуться к рассмотрению возможности предоставления государственных гарантий на 2 млрд. долларов. Но и цена ошибки была предельно высокой: срыв ввода каскада, его некачественная работа приводила к прекращению финансирования со стороны МЭ и к полному переходу прав на технологию АЦ в руки государства.
Похоже, что только после подписания этого соглашения АОК стала действительно всё до грошика вколачивать в программу АЦ. Распродавались все вспомогательные предприятия, АОК отказалась от финансирования работы «сетки» в Падьюке. Напомню, что изначально последний завод обогатительного комплекса США планировалось закрыть именно в 2013 году, вот только к тому времени уже должен был работать на полную мощность центрифужный завод.
Закрытие завода в Падьюке могло привести к срыву поставок НОУ для американских АЭС, но тут АОК была перестрахована последними поставками по ВОУ-НОУ и контрактом с Техснабэкспортом от 24 марта 2011 года (напомню, что в этом контракте были предусмотрены поставки российского НОУ в США на 2013-2023 годы на сумму 2,8 млрд. долларов).
Давайте зафиксируем этот момент: американцы поставили на кон битвы за «иглу» свой последний обогатительный завод. Сами. Добровольно. Никаких агентов влияния, все «сама-сама-сам» (С). И давайте отдадим должное АОК: она больше не пыталась обвинять в своих проблемах Россию вообще и Путина в частности – хватило одного блистательно проигранного дела в суде. Может, это и есть правильный рецепт излечения от болезни «Путинвовсемвиноват»?..
О том, как это делается – спросить у Техснабэкспорта и его команды юристов.
В начале февраля 2013 в США приступило к работе новое правительство Барака Обамы, что ознаменовалось, в числе прочего, уходом с поста министра энергетики Стивена Чу. Но он успел сделать всё, что считал необходимым: затянувшаяся словесная перепалка с АОК стала контрактом RD&D, то есть обязывающим документом. Так что АОК насчёт расслабиться и думать не приходилось, и она старалась: согласно её отчёта, к этому времени на площадку уже были поставлены 115 АС100 из 120 запланированных, уже начиналась работа по сборке каскада.
Но работа в таком режиме требовала все новых и новых жертв. «Сеточный» завод в Пайктоне, переведённый в режим «горячего резерва» тоже стал излишней нагрузкой – АОК заявила, что вернёт его под управление МЭ.
Но все описанные усилия – это только одна сторона вопроса: нельзя забывать о том, что АОК оставалась публичной компанией, акции которой после перерыва снова стали котироваться на нью-йоркской фондовой. А настроения инвесторов от новостей о том, что АОК продаёт всё подряд, что управление компанией практически перешло в руки МЭ, что единственный реальный актив компании – российский НОУ из ВОУ, да и тот с окончанием срока поставок в декабре 2013, представить не сложно.
В апреле 2013 акции АОК, цена на которые упала ниже 30 центов за штуку, снова были сняты с торгов. Призрак неизбежного банкротства становился всё менее туманным, и АОК материализовала его собственными руками: монтаж каскада закончить никак не получалось. В ноябре 2013 руководитель АОК, Джон Уэлч, сделал последнюю попытку уйти с гордо поднятой головой, заявив на брифинге, что «проект АЦ экономически нецелесообразен в среднесрочной перспективе, а потому работы по нему, скорее всего, будут прекращены в начале 2014 года».
Изящно, правда? Не «Извините, мы тут нечаянно обгадились с головы до ног и сваливаем с глаз долой» – а вот «среднесрочная перспектива», «экономически»...
Каскад – не пошёл. Точка была поставлена самой АОК: 16 декабря 2013 года, буквально через две недели после торжественной церемонии окончания действия Соглашения и Контракта ВОУ-НОУ, она окончательно «подняла лапки». В этот день в суд по делам банкротства штата Делавэр легло заявление Американской Обогатительной Компании о добровольном банкротстве на основании главы 11 кодекса США о банкротстве. Нормы этой главы позволяют должнику оставаться «должником во владении»(debitor-in-possesion), провести банкротную реорганизацию компании и выплатить долги кредиторам. Самое забавное, что АОК при этом заявило, что ... будет продолжать выполнять соглашение RD&D!
19 апреля 2014 года новый министр энергетики США Эрнест Мониз, согласился продлить финансирование программы RD&D на сумму 34,1 млн. долларов до конца апреля, но только при одном новом условии. Маленьком. Скромном. АОК должна приступить к передаче проекта и оборудования в распоряжение государственной Окриджской национальной лаборатории (ОКЛ).
АОК сообщила об итогах своей работы в первом квартале 2014 года – её убытки составили 50,8 млн. Какое уж тут софинансирование RD&D!.. (МЭ свою часть финансирования выложила практически полностью). И 1 мая 2014 года ОКЛ подписала контракт с АОК: мы вам – 33 млн. для ведения работ по RD&D, но уже под нашим контролем, вы нам к концу сентября – полную передачу технологии и имущества. Срок определялся теперь уже тем, что к 30 сентября 2014 года должны были быть завершены все процедуры, связанные с банкротством АОК.
1 сентября 2014 года процедура банкротства завершилась, в результате всех реорганизаций остатки АОК получили новое название – «Centrus». 26 декабря 2014 года теперь уже Центрус подписал договор с управляющей компанией ОКЛ UT-Battele – так называемую «программу ACTDO» (AC Techology Demonstration and Operations).
Грубо говоря – это очередная попытка собрать и запустить каскад из 120 центрифуг АС100, теперь уже под жёстким контролем людей из ОКЛ. На выполнение этой программы государство США в лице ОКЛ выделило ещё 97,2 млн. долларов, определив срок – 30 сентября 2015 года. Центрум в договоре – подрядчик.
Новое название не отменило старых традиций: работы шли так айфонисто, что ОКЛ уже летом 2015 сократило объём финансирования на 40% с формулировкой, которую можно перевести с изысканно-дипломатического как «Не в коня корм».
1 октября 2015 настала пора и ОКЛ подвело итоги: каскад как не работал, так и не работает. В силу этого возвращать урезанное финансирование не было уже никакого смысла: деньги теперь требовались только на сворачивание деятельности и окончательную передачу дел. Центрум приступил к сокращению персонала и началу работ по дезактивации площадки 23 февраля 2016 года.
Праздничный день для меня и, уверен, для читателей, получил вот такое дополнение-продолжение: США прекратили свою третью по счёту попытку овладеть «иглой». С мирового рынка обогащения урана игрок по имени «США» просто исчез – по причине самоликвидации. На сегодняшний день единственный завод на территории США, выполняющий работы по обогащению урана – URENCO USA, но к США он привязан только территориально, никакой передачи технологии не предусмотрено.
Что касается новоявленного Центрума, то он вполне себе жив, но сосредоточился на том, что у него получается лучше всего: купить оптом НОУ в России и распродать его в розницу потребителям в США (в объёме 20% от общих потребностей американских АЭС) и во всех прочих странах мира, где только получится. Судя по всему, Техснабэкспорт вполне доволен успехами своего торгового агента: 23 декабря 2015 года ТСЭ и Центрум продлили срок контракта по поставкам НОУ на 3 года – теперь уже до 2026 года.
На этом – на сегодняшний день, конечно – обзор «Мира вокруг «Иглы» заканчивается. Мы рассмотрели, как эта технология выросла из коротких штанишек в рамках одного из вариантов нашего атомного проекта – вопреки полной убеждённости всего передового-цивилизованного-демократично-технологичного мирового сообщества в том, что центрифуга для урана невозможна от слова «вообще».
Незаконнорождённое дитя (всё, что не получило одобрения США – вне закона, как говорит нам рукопожатное сообщество) росло в тиши сибирской и уральской тайги, набиралось сил и опыта. Ну, и, как говорится, что выросло, то выросло. Был бы мир свободного капитала действительно свободен, как говорят нам дятлы «Экономикса» – Росатом остался бы один-одинёшенек на этом рынке. Но, поскольку реальность мало похожа на эти розовые мечтания, в ней полно торговых ограничений, квот, пошлин и прочих прелестей (в чём, без сомнения, виноваты Сталин с Путиным), Росатому принадлежит «всего» 46% мирового рынка обогащения урана для нужд атомной энергетики.
Рынок обогащения урана – тоже отдельная история, поскольку зависит отнюдь не только и не столько от экономики как таковой. Тут густо замешана политика, тут огромное влияние имеет так называемая радиофобия, здесь нельзя исключить влияние геополитики, тут сказываются цены на углеводороды, здесь смешались в кучу волны финансового кризиса и волны цунами...
Мне очень хочется рискнуть сделать обзор этого рынка, но сразу после «Иглы» заниматься этим было бы неразумно. Ведь, прежде чем стать топливом для АЭС, урановая руда должна проделать путь из недр земли на поверхность, добраться до заводов по обогащению, по пути превратившись в газообразный гексафторид урана, после обогащения – стать главной частью топливо-выводящей сборки.
Каждый этап этого пути стоит денег, требует технологий. Почему тогда я начал именно с обогащения? Обогащение – это 60% цены топлива для АЭС, так что самый большой кусок мы уже рассмотрели. Вот отдышусь от такого неожиданно большого объёма напечатавшегося текста – и попробуем глянуть на оставшиеся 40%. Хватит любоваться красивыми корпусами центрифуг и их каскадами – пора лезть под землю!..


Обогащение урана, центрифуга


Более подробную и разнообразную информацию о событиях, происходящих в России, на Украине и в других странах нашей прекрасной планеты, можно получить на Интернет-Конференциях, постоянно проводящихся на сайте «Ключи познания». Все Конференции – открытые и совершенно  безплатные. Приглашаем всех просыпающихся и интересующихся…

Комментариев нет:

Отправить комментарий